Добро пожаловать !
Войти в Клуб Mountain.RU
Mountain.RU

главнаяновостигоры мираполезноелюди и горыфотокарта/поиск

englishфорум

Чтобы быть в курсе последних событий в мире альпинизма и горного туризма, читайте Новостную ленту на Mountain.RU
Люди и горы > Очерки, дневники >


Всего отзывов: 0 (оставить отзыв)


Авторы: Сергей Антипин, Александр Кузнецов, Юрий Курмачёв
Фото А. Кузнецова

Памяти Юрия Курмачёва
1990. Трагедия на пике Ленина

Статья готовилась для книги «Стать лидером», но в книгу не вошла.

Сергей Антипин

В 1990 году наша команда запланировала выступление в высотном классе чемпионата СССР по альпинизму. Объект восхождения – Южная стена пика Коммунизма. Эта стена – одна из самых сложных стен в мире: перепад высот составляет около 2500 м, из них около 1000 практически отвеса. Хотя на Южной стене проложено несколько маршрутов, нам, конечно же, хотелось пройти по нехоженому, новому пути.

Перед таким серьёзным восхождением на большую высоту требуется отличная акклиматизация, чтобы в полную силу работать на длинных и сложных отвесах. Как правило, акклиматизация проводится на склонах пика Ленина по несложным маршрутам, и наш выбор не стал исключением. Почти все из нас здесь уже бывали и не один раз, хорошо знакомы с деталями маршрутов. Для восхождения на пик Ленина к нам присоединилась группа немецких альпинистов, знакомых Коли Захарова. Мы должны помочь им при восхождении.

Как всегда, Ю. Г. Сапожников командировал с нами Вову Цоя на трехосном КАМАЗе. Базовый лагерь установили ниже поляны МАЛа, в уютной котловинке между холмами с озерцом посередине. Неподалёку от МАЛа расположились ленинградцы.

Очередной акклиматизационный выход наметили на 10-13 июля. Вова Цой подвез нас к началу тропы на ледник Ленина через перевал Путешественников. Это, конечно, неспортивно, но доставляет большое удовольствие. План выхода: лагерь на леднике (высота 4200), «сковородка» (плато на высоте 5200), вершина Раздельная (высота 6100), выход на 6400 и спуск в базовый лагерь. Немецкая группа тоже участвует в этом выходе.

«Сковородка» получила свое название не случайно. Это плато защищено от ветров с трёх сторон высокими гребнями. В солнечные дни, при полном безветрии здесь очень высокая солнечная радиация. Солнечный свет отражается от чистого белого снега и, хотя воздух не прогревается до высоких температур, создаётся ощущение неимоверной жары и духоты на фоне разреженного воздуха. Спрятаться негде, хорошо бы иметь большой зонт, но кто же его сюда потащит?

На леднике, в лагере 4200 много знакомых. Юра Курмачёв, в этом году он работал тренером в МАЛе. Участники Питерской экспедиции – Саша Глушковский, Владислав Мороз, Лёша Корень и другие. Большая часть ленинградской экспедиции во главе с Лёней Трощиненко находилась еще в базовом лагере. Подъем на «сковородку» и ночёвка прошли без приключений. На следующий день вышли на Раздельную. Немцы остались на «сковородке» и хотели подняться позже, по самочувствию.

Вид на Ленина от 4200

Погода ухудшилась, низкая облачность, ветер, пробрасывает снег. Надо сказать, что в середине месяца происходит смена фазы Луны, и это чревато изменениями погоды в худшую сторону. В высоких горах этот феномен может проявиться особенно резко. Володя Лебедев шел первым и вдруг перед выходом на вершину Раздельной начал пригибаться к склону. Спрашиваем: в чём дело? Оказалось, воздух так наэлектризован, что раздаётся негромкое, но ясное и неприятное жужжание, как возле высоковольтной линии. Однако электрических разрядов нет, можно аккуратно проползти через вершину на перемычку. Так и сделали.

Чтобы защититься от ветра, на перемычке построили снежные стенки, переночевали и 13 июля полезли на 6400. Сильный ветер справа выдувал всё тепло из организма, летящий снег забивал очки, но план есть план, без акклиматизации на высокую гору не залезть. Хорошо, что не надо ставить лагерь на 6400, только дойти, насладиться вдыханием разреженного горного воздуха и вниз.

Вернувшись в лагерь на Раздельной, не обнаружили немцев. Значит, они не поднялись сюда со «сковородки». Вот только вопрос – пойдут они сюда сегодня или нет? Если пойдут, надо кому-то остаться на всякий случай. Эти кто-то – доктор Юра Смирнов и я. Остальные, во главе с Колей Захаровым, спустятся на «сковородку», узнают планы немецкой группы и как-то сообщат нам. Рации мы с собой не брали, так как не предполагали разделения группы. Поэтому ушедшим надо подать нам с Юрой условный сигнал – на «сковородке» выложить спальники крестом, если немецкие друзья не будут подниматься. Конечно же, мы с Юрой ждали именно этого сигнала. Наконец, вроде бы разглядели желаемое и отправились вниз.

На «сковородке» под скалами стояла палатка, из которой выглянул Володя Балыбердин и позвал нас на чай. С Балыбердиным я познакомился в сборной СССР по альпинизму во время первого зимнего восхождения на пик Коммунизма в 1986 году.

Это восхождение закончилось многочисленными обморожениями и трагедией. Двое ребят из сборной Узбекистана – В. Анкудинов и Н. Калугин сорвались с перемычки 7400 и упали по ледовому склону метров на 500. Кроме них в это время на перемычке находились только Валера Першин и я, все остальные уже спустились довольно далеко и не видели произошедшего. Срыв произошёл на наших глазах. Мы с Валерой провожали ребят взглядом, отчаянно надеясь, что им удастся задержаться, но склон настолько жёсткий, что никаких шансов. Осторожно, страхуя друг друга, мы начали спускаться по пути падения к ребятам, лежащим недвижимо далеко внизу. Калугин не подавал признаков жизни, Анкудинов еще дышал, у него при падении сорвало обувь с левой ноги. Ботинок лежал метрах в 100 выше, я принес его и попытался надеть, но безуспешно, стопа не сгибалась. Через некоторое время и он перестал дышать.

При подъеме на 1000 метров температура воздуха опускается на 5-10 градусов. На высоте 5200 термометр у кого-то показывал -42о перед заходом солнца. Так что, у нас на 6900 могло быть в то время и ниже -50о.

Во время плановой связи мы сообщили о произошедшем. У нас два варианта: найти пещеру и провести ночь в ней или спускаться до палаток на 6800. Мы склонялись ко второму варианту. Ерванд Ильинский на связи сказал, что надо двигаться. К палаткам мы спустились только к четырем часам утра. Ночь была очень темная, только звёзды светили, и я ориентировался по силуэтам вершинной башни и перемычки между вершинной башней и пиком Душанбе, заслонявшими звёзды. Двигались, страхуя друг друга, нащупывая путь ногами и ледорубами. В темноте Валера наступил на фирновый наддув, и тот обломился. Из тьмы слышу крик «Держи!». Но Валере удалось задержаться. На крутом участке перед палатками нас встретили Женя Виноградский, Валера Хрищатый и Володя Дюков. Я помню чувство облегчения: теперь наша судьба в надёжных руках товарищей, они не дадут нам пропасть.

Вот такие воспоминания навеяла встреча с Балыбердиным.

Итак, у Балыбердина повспоминали, взбодрились чайком и снова вниз. На «сковородке» ветра нет, относительно тепло, сплошная облачность, падает влажный снежок. По пути к лагерю 4200 встретили большую ленинградскую команду, впереди шел Лёня Трощиненко. Пожелали им удачи и направились каждый к своей судьбе.

Юра Курмачёв по-прежнему находился лагере 4200, снова чаёк. Тут слышим звук вертолета. Из МАЛа привезли продукты, горючее. За рулем командир Алексей Палыч – добрый и приветливый человек. Юра Курмачёв залез к нему в кабину и замолвил словечко, чтобы нас подбросить до МАЛа. Алексей Палыч не отказал, и мы с Юрой Смирновым ринулись в дверь. Через 15 минут приземлились на поляне МАЛа.

Лагерь-1 (4200)

На следующий день отправились в гости в МАЛ, где и узнали страшную новость. По связи Володя Балыбердин сообщил, что на «сковородку» сошла большая лавина, следов палаток нет, людей нет, всё плато представляет нетронутую ровную снежную поверхность.

Размер сошедшего снежно-ледового склона составлял около 1 км вверх по склону и около 1,5 км в ширину. Зная рельеф местности, можно предположить, что передний край лавины как нож бульдозера снёс всё на своём пути и сбросил в глубокие трещины и на ледопад, окаймляющие «сковородку». Остальная часть лавины накрыла всё сверху толстым и плотным слоем. Выжить в такой ситуации шансов практически нет.

14 июля из лагеря 4200 все отправились на поиски.

Александр Кузнецов

10 июля мы переночевали на 4200, потом ночевали, не доходя до «сковородки», в районе трещин. Шёл сильный снегопад, видимость никакая, решили переждать. Наверное, эти дни непогоды и привели к тому, что первые дошедшие до 5200 поставили палатки на снежном поле, а не выше «сковородки» на скальном склоне, ведущем на Раздельную. Снег, туман, плохая видимость, усталость. По инерции все и поставили свои палатки там же. "Удобное место" для лагеря.

12 июля мы поднялись на Раздельную. Первая ночевка на Раздельной всегда не подарок, поэтому предполагалось, что спустившись до 5200, заночуем на «сковородке», в целях лучшей акклиматизации, а уже утром убежим в базовый лагерь. 13 июля уже часам к 14 мы пришли к своим палаткам на «сковородке». Попили чаю. Ещё попили чаю. Потом ещё. Вроде как совсем отдохнули, можно бы и дальше вниз бежать. Внизу же баня! Коля Сметанин всё время нудит: пойдёмте вниз, что здесь делать, жарко, народу много вокруг. А народ действительно всё приходил снизу и приходил, не протолкнуться. Вот и решили все пойти вниз. В баню, спасибо Красмашу! Пуховку я оставил в палатке, было тепло. Кошки снял, положил под палатку. Ушли вниз часов в 16-17.

Утром следующего дня сообщили о лавине. Собрались быстро. Цой на Камазе отвёз нас в МАЛ. Вертолёт забросил на 4200. Чудом оставшиеся в живых ленинградец Алексей Корень и словак Миро Грозман находились уже там. Не задерживаясь, мы ушли на «сковородку». На месте лагеря простиралось чистое снежное поле, никаких следов. Все что осталось от лагеря мы увидели ниже на ледопаде. Немного. Часть палатки, обрывки каких-то вещей, какая-то косметика… Людей нигде не видно. Стало понятно, что живых мы не найдём. Нашли ногу, впрессованную в снег. Тело вырубали долго. Фирн, как камень… Завернули в палатку. К вечеру донесли до лагеря 4200.

Утром на 4200 нас радостно встретил Володя Дюков. Оказывается, в альплагере "Дугоба" объявили, что вся красноярская команда погибла под лавиной. Вместе с отрядом инструкторов их на вертолёте привезли на спасработы. А мы тут все, живые!

И ещё пуховка моя выжила, та что осталась в палатке на 5200. Вынесло её вниз на самый ледник. Все собранные в лавине вещи лежали кучей в МАЛе, там её Володя Цой и приметил. Хорошо, когда на всех своих вещах фамилию-имя напишешь.

Нашли троих

Юрий Курмачёв

В июле 1990 года я «работал начальником» стационарной палатки МАЛ «Памир» в лагере-1, что на 4200 на леднике Ленина. И вот 13 числа того же июля в лагерь-1 пришла большая группа ленинградцев под командованием Лёни Трощиненко. Много знакомых. Я пригласил их к чаю, и, надувшись до отвала, Лёня спросил меня о моих планах. Я собирался назавтра подняться на 5200, но Лёня (его упорно многие звали Лёха) и Щедрин Жора предложили идти с ними, а время уже за полдень. Я говорю, нет, мол, я обычно рано утром, часиков с пяти подымаюсь на 5200 за 1,5 часа по насту, как по лестнице, зачем мне такая мука по «каше». Предложили, видимо, просто из вежливости. Ребята очень доброжелательные и, как и многие ленинградцы, приятные в общении. Вот, собственно, и всё по встрече 13 июля 1990 года на леднике Ленина. «До встречи», – говорили мы друг другу, и ленинградцы, 24 человека, ушли. Как оказалось, почти все навсегда.

Утром, ещё до моих пяти часов подъёма к нам в палатку зашёл Володя Балыбердин и сообщил о большой лавине, свалившейся на «сковородку» вечером 13 июля. Откуда он получил такие сведения, я не знаю. Может кто-то из живых пришёл и сообщил о случившемся. Из нас, может, кто и слышал звук лавины, но чего в горах не бывает, и где сошла лавина – тоже вопрос. Немедленно, кто мог, из находившихся в лагере-1, вышли к предполагаемому месту падения пострадавших.

С отличной акклиматизацией мы с Балыбердиным существенно опередили основную группу поисковиков-спасателей. Под «сковородкой», уже под 4800-4900, Володя говорит мне: «Вон, видишь, кто-то сидит, иди туда». Сам пошёл дальше, левее под сераками ледопада. Я подошёл к сидящему на каремате в «банных» носках и куртке «Polar» человеку. Это оказался Лёша Корень, один из ленинградцев, цел и невредим. Я его обнял, притиснул слегка, а он, как заведённый, твердил один вопрос: «Где Трощ? Где Трощ?..» Не помню, что я ему ответил, что-то вроде, жив, мол, сейчас его спускают, что-то так… Тут подошла группа спасателей, я отдал Кореню пуховку, оставшись в футболке и капроновом лагерном комбинезоне, отдал верхние ботинки «Koflach», оставив себе вкладыши. Надев несколько пар носков от команды спасателей, Лёха во внешних ботинках мог идти с сопровождающими вниз.

Я, не теряя времени, побежал по ледопаду напрямки вниз. У меня как всегда был ледоруб, и поначалу довольно лихо преодолевая ледовые препятствия, я вскоре стал просто замерзать. Пластмассовые подошвы внутренних ботинок скользили, выматывая силы, начало темнеть. Уже не лёд, а снег стал проваливаться, отбирая последние остатки сил. Показались огни временного лагеря где-то на 4400 и, не дойдя, может, метров 200, я впервые в своей жизни к своему стыду и отчаянию стал кричать такие простые слова: «Помогите!..». Слава Богу, меня услышали, подошли, немного позже принесли обувь, пуховку, и я благополучно дотопал до лагеря.

В живых, хотя и побитый в лавине, оказался ещё чех Миро Грозман.

Выживший Миро Грозман

В нашей МАЛовской большой палатке был уже пришедший снизу Коля Чёрный, позже поисковики принесли два трупа, закопав их в леднике недалеко от нашей палатки. Пострадавшие и сопровождающие их были отправлены вертолётом на 3600 в «метрополию».

На следующий день мы с Чёрным Колей пили … водку. Я не знаю, откуда взялась у нас с Чёрным эта «чекушка», мы с ним мирно её выпивали, когда прилетел вертолёт, и мы по связи поняли так, что нужно грузить «груз-200» в вертак. Намучавшись с трупами, а ничего хорошего тут нет, еле-еле подтащили и загрузили в вертолёт тела двух погибших. Спустя некоторое время, уже попивая чай (водка давно кончилась и улетучилась), мы услышали характерный звук точила «вжж-ь-ю-ить», прилетел вертак, и бортмеханик скомандовал нам, чтобы мы с Колей … выгружали обратно трупы, мол, там, что-то непонятное с бумагами и всё такое. Ну, и как нам всё это пережить? Делать нечего, потащили мы вдвоём с Колей тяжёлые ноши обратно в трещины, такие полугоризонтальные. Так для меня закончилась та трагедия на Памире возле пика Ленина. На другой день на 4200 меня сменила очередная бригада.

4200. Юра Курмачёв 15.07.1990

А на следующий год, в 1991-м при одиночном восхождении на пик Е. Корженевской (ну, что это за одиночное восхождение, когда всюду народ есть где попить чаю или даже покушать, даже переночевать можно, пристроившись к кому-нибудь) на 5800 я повстречал … Лёху Кореня. «Вот он, мой спаситель!» – закричал Лёша, обняв меня. Правда, нигде обо мне, его спасителе с его же слов, Лёша не упоминал, да мне это и не нужно.

Рассказывает чудом выживший Лёша Корень
… Когда мы пришли к «сковородке», я заметил, что двое англичан с чехами поставили палатки перед траверсом, где часто сходят небольшие лавинки. Я их предупредил, но они ответили, что мол, чехи совсем «сдохли», поэтому мы уже никуда не пойдём. Я напросился на ночёвку в другую палатку, потому что я большой – места много надо. Лёг в спальник, приготовил кисель, уже начал засыпать. В этот момент сошла лавина. Проснулся от того, что идёт ударная волна и рвёт палатку. Меня выбросило, понесло вниз крутить-вертеть-ломать! Помню, начал задыхаться от снега, пытался как-то руками рот прикрыть, сгруппироваться. Если бы сознание потерял, то всё! Так пролетел метров 600–800. В итоге, упал на живот с серака высотой метров 25.

Спросонья ничего не понимаю. Где? Что? А потом доходит – лавина! Слышу, меня кто-то о помощи просит. Смотрю, словак Миро Грозман по пояс в снегу – не вылезти ему. Вытащил его из снега. Начали вещи искать, ведь мы в носках, без верхней одежды, штаны изорваны. Я чудом не пострадал, но тело всё было в синяках. За собой ещё увидел торчащие ноги. Но вытащить тело мы не смогли бы – его на следующий день 3 часа ледорубами вырубали. Нашли куртку, кое-какие вещи, которые лавина раскидала. Самое интересное, что до англичан с чехами лавина не дошла. Они видели, как смело лагерь, слышали, как мы кричали, но не смогли к нам спуститься. На следующий день один чех отправился вниз, чтобы сообщить о случившемся. Когда его встретили в нижнем лагере, то не поверили ему. Наши четверо опоздавших пошли наверх, чтобы удостовериться. По пути встретили альпиниста, который ночевал в лагере выше. Он и подтвердил, что лагерь уничтожен. Тут начались массовые спасательные работы. Кто-то заметил наши с Мирко следы, по которым поняли, что выжившие есть…

Сергей Антипин

Есть версия, что сход лавины вызвало землетрясение в Афганистане, но это не точно. Скорее всего, сложились несколько факторов: обилие снега, относительно теплая погода, возможно и землетрясение.

Поиски продолжались почти месяц, но кроме тел, найденных в первый же день поиска, никого больше так и не нашли. Спускались в трещины, на глубину более сорока метров, далее трещины были закупорены снежной лавинной массой. К поискам привлекали экстрасенсов, даже какого-то петуха-провидца, использовали рамки, лозоходство. Попадались обрывки одежды, палаток, но людей так и не обнаружили. Погибли сорок три человека. 27 наших соотечественников, а также граждане Швейцарии, Германии, Испании, Чехословакии, Израиля, Италии.

Еще через день или два я встретил в МАЛе Володю Балыбердина. Он удивился и обрадовался, сказал: «Я думал ты тоже там остался». Да, в этот раз нам повезло…


Поделиться ссылкой

Дорогие читатели, редакция Mountain.RU предупреждает Вас, что занятия альпинизмом, скалолазанием, горным туризмом и другими видами экстремальной деятельности, являются потенциально опасными для Вашего здоровья и Вашей жизни - они требуют определённого уровня психологической, технической и физической подготовки. Мы не рекомендуем заниматься каким-либо видом экстремального спорта без опытного и квалифицированного инструктора!
© 1999-2017 Mountain.RU
Пишите нам: info@mountain.ru
о нас
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100