Херборн – Франкфурт – Москва – Стамбул – Йоханнесбург – Кейптаун – Новолазаревская – где-то у подножия Ульветанны (S 71 49. 116’ E 008 23.142) – Новолазаревская – Кейптаун – Стамбул – Москва – Франкфурт – Херборн.

Осень-весна-лето-зима (ноябрь-декабрь) 2010 года
«Я снова еду к холодам.
Зря не пугайте, я не струшу.
Навстречу к северным ветрам,
Чтоб охладить немного душу.
И не старайтесь удержать,
Взывая к совести и долгу.
Необходимо уезжать
Мне, ну хотя бы, ненадолго»
– Виктор Соколов

Слова этой старой песенки мы с друзьями с удовольствием любим распевать хором. При этом я представляю себя мужественно пробирающимся сквозь пургу, налегающим всем телом на ветер, а с бороды и усов свисают сосульки. Чтобы при падении эти сосульки не пробили ботинки и не повредили лыжи, я их периодически откусываю, заодно и жажду утоляю. Особенно нравится распевать эту песенку теплыми летними вечерами в горах на Кавказе. Ну а еще лучше дома, на теплой кухне, после одного-двух стаканчиков хорошего вина.

Не скажу, что опыта зимних экспедиций и походов у меня нет совсем – бывал несколько раз в лыжных походах в Хибинах, в зимних спелеологических экспедициях на Кавказе. Однако стремление к холодам по большей части оставалось за пределами моих жизненных планов в обозримом будущем. Все изменилось после того, как я узнал про планы Валеры Розова лететь и прыгать base в Антарктиде. На предложение присоединиться я сказал сразу: « ДА!»

Странно, обычно я предпочитаю даже в более простых жизненных ситуациях сначала подумать, а потом говорить. Здесь же произошло все ровно наоборот: вначале согласие, а только потом вопрос: «ЗАЧЕМ?»

Итак, все-таки, ЗАЧЕМ?

Во-первых, возможность посмотреть новые места: нам предстояло побывать на трех континентах – Европе, Африке, Антарктиде. В итоге получилось даже три с половиной – посмотрели на Азию с веранды рыбного ресторана через Босфор.
Во-вторых, возможность побывать за месяц в четырех сезонах. Поездка началась осенью, прилетели в весну, предстояло встретить лето в Антарктиде и вернуться домой в зиму.
В-третьих, отличная компания.
В-четвертых, все же «охладить немного душу».

Собственно, на этом набор аргументов «ЗА» закончился, начались «ПРОТИВ». Но все они показались малозначительными, и окончательное решение было принято: «Лететь!». Машина завертелась.

Совершенно было непонятно, какое снаряжение и одежду следовало брать с собой. Предполагаемый диапазон температур колебался от + 30°С в Африке до «непонятно сколько» в Антарктиде. Жить предстояло в среднегорье, на высоте около 2000 метров над уровнем моря, на леднике. Бывалые люди посоветовали снаряжаться как в высотную горную экспедицию. В теории, скорее всего, всё снаряжение и не понадобится. Это если повезёт, но может и не повезти. Проблема в Антарктиде – не столько низкая температура, сколько сильный ветер. К закупкам снаряжения были привлечены московские друзья. В результате я получил отменное снаряжение – легкое, теплое и ветрозащитное.

В Москву вылетаю из Франкфурта. Впереди меня ожидает 12 взлетов и, я надеюсь, столько же посадок. И 50 часов в воздухе. Тренировку пятой точки начинаю постепенно, по всем правилам спортивной науки – сначала разминочный короткий полет в Москву, далее Стамбул, затем Трансконтинентальный перелет в Кейптаун с посадкой в Йоханнесбурге. А дальше все уже по-серьёзному: шесть часов перелета на станцию Новолазаревскую военно-транспортным Ил-76 и уже оттуда, на маленьком самолетике, к нашим горам. А затем предстоит все это лететь назад.

В Москве все как обычно: беготня по мегаполису, посиделки вечером на кухне у Проваловых. В промежутках между чаепитиями проверка списка снаряжения, его примерка. В результате вынесен вердикт – есть шанс выжить.

А утром 5 ноября собрались в Шереметьево и вылетели в Стамбул.

Состав нашей экспедиции интернациональный. Лидер и вдохновитель – Валера Розов, известный бейсер и экстремал. Из Москвы летит также Саша Ручкин – сильный альпинист и я.

Валера Розов – лидер и вдохновитель

Tomas Senf
Александр Ручкин
Сергей Краско
Юрий Байковский
Predrag Vickovic
Selim Kemahli

Cengiz Tanc
Outun
И, конечно же, он…
Red Bull
Максим Иванов
Кристоф (справа)

В Стамбуле к нам присоединится турецкая телевизионная съемочная группа Selim Kemahli, Cengiz Tanc и Outun, а также экстремальный фотограф из Сербии Predrag Vickovic. Там же мы встретим альпиниста из Швейцарии Tomas Senf. А в Кейптауне нас всех встретит Юрий Байковский. Для него это уже четвертая антарктическая экспедиция. Вот такой интернационал.

А еще к нам присоединятся с собственной программой Максим Иванов из Питера и его гид Кристоф из Франции. Они будут жить с нами, ходить ски-туры и кататься по Антарктиде на кайтах. Кто не знает, это такие маленькие паруса, за которыми тянутся лыжники.

В Стамбуле запомнилась поездка на такси в рыбный ресторан на берегу Босфора с видом на Азию. Ехали долго, неладное почувствовали, когда через час езды проехали второй раз по одному и тому же мосту. Дорога туда заняла полтора часа. Обратно доехали минут за 20. Лохи – они и в Турции лохи (это не про нас). При отлете из Стамбула самолет задержали на 4 часа, точнее задерживались все самолеты из-за плотного тумана. Образцово сработала служба информации аэропорта, она просто испарилась. Поэтому эти четыре часа прошли в мучительном ожидании и незнании куда идти и что делать. Но потом все как-то само решилось – мы нашли самолет и улетели в Африку.

10 ноября, среда.

После бесконечной ночи в самолете приземлились в Кейптауне. Погода не жаркая, видимо потому что только начало лета, точнее поздняя весна. Надеюсь, на обратном пути прогреемся на солнышке. Предстоит два дня сборов и подготовки. А сделать надо немало: закупить продукты и недостающее снаряжение, подготовить и сдать багаж.

Вечером ездили ужинать в рыбный ресторан на побережье. Картина нереальная – берег океана, куча негров, говорящих по-английски, по телевизору транслируют матч по крикету между сборными Пакистана и Южной Африки. Слышал про такой спорт, теперь представляю, что это такое.

За дни пребывания в ЮАР для себя усвоил - чем дешевле ресторан, тем лучше еда. Больше всего понравилась пища рабочих и бедняков – fish and chips. Это большая тарелка жареной картошки с куском прожаренной белой морской рыбы. Вкусно и дешево.

Сегодня для нас проводили предполетный брифинг. На нем нам объяснили, как себя вести себя в Антарктиде, что можно, а что нельзя. Для себя вынес следующее – можно мало, нельзя все остальное.

11 ноября, четверг.

Всей командой ходили на гору, возвышающуюся над Кейптауном, с романтическим названием «Голова льва». Сверху открываются фантастические виды – Атлантический океан с двух сторон, белоснежные пляжи, панорама города. Нафотографировался вдоволь.

Вокруг летают парапланы, место популярное у местных пилотов. Позабавила картинка в колониальном стиле: сытый и упитанный белый парапланерист бодро шагает в гору налегке, а за ним плетется тощий негр-носильщик. Встретили мускулистую женщину, которая сама тащила свой параплан наверх. Валера заинтересовано спросил, сколько он весит. Потом долго и задумчиво смотрел ей вслед и пошутил: «Нам бы такая подошла – и готовила бы, и грузы таскала». Выход всем понравился, на обратном пути обязательно съездим на Мыс Доброй Надежды. Это в сотне километров от Кейптауна.

В результате наших стараний общий вес оказался больше тонны, а перегруз стоит дорого. Наверное, по этой причине Валера ходил до отлета грустный и озабоченный.

Вечером сидим в холле гостиницы, общаемся: все уткнулись в компьютеры и iPad, а так как интернет постоянно рвется, то все матерятся - кто вслух, а кто про себя.

С удовольствием сходил в душ, долго полоскался. Следующая помывка через 3 недели в бане на Новолазаревской. На этот промежуток по совету бывалых накупили влажных салфеток.

Сегодня вылетаем в Антарктиду из аэропорта Кейптауна, приземляться будем через 6 часов на полосу Новолазаревской. У самолета запас топлива на 8 часов. Соответственно, точка невозврата через 4 часа полета. После этого времени дорога только в один конец – нужно будет садиться в любом случае. Нам сказали, что самолет может сесть при ветре до 20 метров в секунду, это около 70 км/ч.

Вечером приехали в Аэропорт налегке, весь багаж сдали заранее. Первым делом бросились фотографироваться на фоне табло с надписью - «Антарктика».

Процедура оформления такая же, как и на обычный рейс. Всех многократно предупредили про жидкости и режущие предметы на спецконтроле. В результате у Юры обнаружили в рюкзаке скальный молоток. Подобного добра набрался целый ящик. Но в отличие от обычного рейса, все эти вещи конфисковали понарошку, и техники раздали их в самолете сразу после взлета. Самолет был заполнен под завязку – 62 пассажира и куча груза. Все очень цивильно – чай, кофе в полете, на большом экране транслируют кино про жизнь животных. Особенно впечатлил туалет – такая пластиковая уличная кабинка, пристегнутая для безопасности железной цепью. Нам достались места в последнем ряду, возле туалета. Сначала мы огорчились, но позже выяснилось, что места козырные – не так холодно и не шумно.

Самолет обвешан различными флагами. Так экипаж прикрывает торчащие со всех сторон жгуты проводов, лебедки. Как-никак это все же не пассажирский, а военно-транспортный Ил-76.

12 ноября, пятница.

Летели ночью, поэтому приземлились на Новолазаревской уже на следующий день в 4 часа утра.

Впечатлил сам процесс посадки. Огромная 150-тонная махина Ил-76 с первого захода приземлилась на ледяную полосу длиной 2 км. Из разметки на полосе только потрепанные ветром тряпичные флажки. Торможение только двигателем. Летчики классные. Капитан самолета – герой России, летчик-испытатель. Это его 57-й полет в Антарктиду. А вот самолет и техники – белорусские! Вот так!

По прилету я разыскал их, и земляки посидели вместе за столом. А самолет назван именем Игоря Вашкевича, в честь их командира, который погиб в подбитом самолете в Сомали два года назад.

Антарктида нас встретила ветром и пургой. Пока разгружали самолет, основательно дали дуба. А что же будет в горах? Там ведь еще холоднее и ветренее. В общем, первое впечатление об Антарктиде, как и представлялось, только еще хуже.

К обеду распогодилось, ветер стих. Нам отвели специальный комфортабельный вагончик. В нём тепло, и мы проведем здесь одну ночь.

Все заняты сборами: получаем инвентарь, топливо, клянчим у поваров сосиски вместо забытого в Кейптауне мяса. Короче, обычная деловая суета.

На самом деле, мы находимся не на самой Новолазаревской, она в 14 км отсюда, в оазисе Ширмахера, а на аэродроме. Оазис – это немного не то, что все обычно представляют. Это лишь небольшой пятачок камней, не закрытых льдом. Правда среди бесконечной ледяной пустыни этот пятачок выглядит действительно как оазис. Здесь живет персонал, обслуживающий полеты, и транзитные пассажиры типа нас. С нами прилетела большая американская экспедиция и два норвежца. И еще словаки. Они поедут на специальных джипах на Южный полюс. И только последние 100 км до полюса пойдут на лыжах. Вот такие развлекухи для богатеньких дядечек. Один такой джип прилетел в нашем самолете.

Вечером долго и серьезно говорили с местными радистами, обменивались телефонами, обсуждали процедуры связи. Здесь это серьезно. Мы должны будем каждый день выходить на связь в 20:20 по местному времени. Иначе через сутки начнутся спасательные работы. Думаю, что на самом деле, они не начнутся, но запугивают нас основательно. А живут здесь по гринвичскому времени. Это минус 3 часа от московского и всего минус 1 час от немецкого, так что привыкать не надо.

Читайте на Mountain.RU:

Сергей Краско. Путевые заметки из Антрактиды Часть II

Часть 1. Александр Ручкин. Невероятная Антарктика

Антарктида. Ульветанна. Интервью с Валерием Розовым