Пуховка Российских производителей фирмы «Мега тест Сервис»

Палатка стоит по центру Российских производителей фирмы «Мега тест Сервис

1995 год. Зима. Я во Владивостоке. Работа по созданию спасательной службы нового формирования в нашем Крае и по всему региону идет и ЗДРАВСТВУЕТ. Целенаправленно, с МЧС для спасателей этого ведомства, стало приходить импортное снаряжение от ведущих мировых производителей. Дополнительно, для работы спасателей, нам была разрешено покупать это необходимое снаряжение самостоятельно. В любых магазинах России. Я этим фактом пользуюсь и все стараюсь закупать в Москве. Делаю это на выставках альпинистского снаряжения. При чем, на выставках и ярмарках присутствуют наши производители. Цены умеренные, качество хорошее. Видно по самому снаряжению. Я его уже переделал и сносил столько, что меня трудно провести во круг пальца. Представляете, у меня н руках и пуховое снаряжение, и палатка фирмы «Мега тест Сервис». Пуховка этой фирмы не раз выручала меня в деле. Естественно, сразу проверяю это снаряжение на пике Ленина и на Камчатке. Проблем с ним не было. Работало, как положено.


Толи чехи, толи англичане? А, нет! В форме на зимнем Кадаре сидят спасатели Приморской ПСС

Часто посещал в нашей Столице магазин «Альпиндустрия». У меня стал появляться определенный вкус на снаряжение. Триумфом был тот факт, когда на наш склад спасательной службы в Приморье пришел комплект альпинистского снаряжения на десять человек. Мы познали, наконец, материал Gore-Tex, флис, лыжи Ски-Тур и прочее современное снаряжение. Импортные веревки – это мелочь. Я первый раз в жизни надел на себя одежду передовых технологий запада. Причем, не выборочно, а все (комплектом). От носок и терма белья до классных пуховых курток. Естественно, все это нужно было сразу проверить в деле. А где проверить? Решили выбрать, что-то по экстремальней. Нам показалось, что район Кодара, это все, что для этого нужно. Оформляю документы. Набираю группу экстремалов с рядов своей службы МЧС. Только опытных людей. Понимаю, что в январе на Кадаре температура зашкаливает. Шутить с этим районом не приходиться. Назначаю срок выезда в поселок Чара.


Карта схема этого района для общего понятия взята с интернета

Задача у меня простая. Подготовка спасателей, затем работа моего клуба альпинистов «Тихий Океан». Естественно, в это не легкое и смутное время в России продолжить традиции альпинизма Приморского края. Несмотря на то, что есть правила в Альпинизме, все это постоянно перекликалось с другим альпинизмом. Широко развитым за рубежом. Была ли в нашем мероприятии цель восхождения на пик БАМ. Вопрос на засыпку. Я знал температуры в этом районе в этом времени. Понимал, что не так пойдет, как мы будем выбираться с такими силами через перевал под пиком БАМ обратно. Перевал очень сложный и опасный в зимнее время. Поэтому поставил одну задачу. Попасть под пик Басм, провести разведку боем и наметить работу в этом горном районе на будущее. Все получилось и даже больше, хотя на сам пик мы даже не дергались своей командой. Не будем по работе забегать в перед.


Под знаменами нашего клуба февраль на Кадаре нас не смущал

И так. БАМ. Это песня зимой. Движение поездов тихое, аккуратное. Поезда постоянно сходят с рельс, и железнодорожники к этому относятся просто. Дежурная ситуация по сменам. Кому повезет. Не помню уже в первый раз или во втором нашей зимней эпопеи наш пассажирский поезд сошел с рельс. Не помню. Но я видел, как сам тепловоз, которые тащил наши вагоны, завернул своими могучими, стальными колесами саму рельсу, по которой ехал. Он ее свернул кольцом. Железнодорожники взялись за дело, а мы гасились в вагонах. Повторяю, на БАМе это дежурная ситуация. На поезде мы попадаем по Бамовской ветке в поселок Чара. Заказывали ли мы машину, как можно дальше пробиться к речке, я не помню. Один раз точно заказывали ЗИЛ. Меня больше интересовали знаменитые Чарские пески. Мы их увидели зимой. Затем попадаем в ущелье Верхний Сакукан. И по нему движемся к своей цели. Не поверите, я в первые для себя на этой речки увидел брошенный лагерь АРХИПЕЛАГА Гулаг. Столбы еще с проволокой. Бараки, ну об этом говорить не приходиться. Их нужно видеть. В этом районе добывали урановую руду и тут же ее обогащали. Как это делали? Ребята, что мне рассказали местные жители, не поддается ни какому разуму. Просто лопатами обогащали руду. Кто оставался после этого в живых? А кто тогда за этим следил. «Враг народа».


Ваш «покорный слуга», собственной персоной

Марамчин Александр, собственной персоной

Савченко Игорь, собственной персоной

В верховьях Верхнего Сакукана стоит дом, Метеостанция. Приют для десятки тысяч туристов за всю его историю, кто попадает в эти места. В один конец у нас дом был пустой. А вот обратно мы там гасились с Комсомольчанами. Хорошо время провели. По-братски. Но, пока мы одни в этом большом, теплом и уютном доме. Я бегал с Марамчиным Александром на разведку самого перевала. Бегать – это передвигаться на лыжах с камусом. Точнее звучать будет. Слушайте, а я забыл наших героев этой эпопеи перечислить: Марамчин Александр, действующий спасатель ПСС Приморского края. Савченко Игорь, руководитель ПСО, действующий спелеолог в Приморье.


Пик БАМ в своей красе весной, снимок взял в интернете для общего развития

Разведка проведена. Долго не засиживаемся и идем на перевал. За перевалом другое ущелье и сам Горный массив пика БАМ 3073 м. Перевал прошли без проблем. После перевала находим лагерь Комсомольчан. Первое, что они нам сказали: «Видим, группа чехов идет!» Конечно обрадовались. У них задач была, как и у нас. В зимнее время посмотреть район и почувствовать все его прелести. Не думаю, что для Комсомольчан морозы этих мест придали какой-то момент новизны. В Комсомольске на Амуре морозы еще по хлеще.


Две группы в неполном составе под пиком БАМ

Мы продолжаем работать по своим планам, а туристы по своим. Я внимательно изучил склоны самого массива и отказался от восхождения. У моих напарников было другое мнение. Я не протестовал, но предупредил, что гулять нужно разумно. На прогулку вышел Александр Марамчин. Пошел под сам пик Бам. Именно там, где начинается маршрут на вершину. Через некоторое время прибегает, глаза вылезли из орбит.
«Что случилось?», спросил я.
«Я лавину спустил!», озадаченно ответил Александр.
«Ну, для этого особого ума не нужно», произнес я.
Мы пошли посмотреть это место. Действительно Александру очень повезло. Он ее задел краем.
Я посмотрел на Игоря Савченко и произнес: «Ты следующий! Работа в лавине для тебя не помешает, как опыт на будущее»
«Нет, я не хочу такого опыта!», ответил Игорь.


Две группы в неполном составе под пиком БАМ

После такого стресса ребята быстро захотели присоединится к группе Комсомольчан и пойти к нашему теплому и уютному домику в другом ущелье. Что мы и сделали. Как прошли перевал на обратном пути? Не помню. Я его два раза ходил в одно и то же время, но в разные годы. Второй раз этот было с Колотухиным Сергеем. Я в этой эпопеи участвовал, как ГИД. А сейчас мы движемся к домику и нас там ждет ПИР. Основная задача решена, опыт поимели – Мы живы!


Застолье всегда расслабляет

В домике самой метеостанции был прикол. Комсомольчанин снял обувь, и мы увидели его Большой палец на ноге. Он был не по мере большой и сизый. Лекарства у нас в аптечках были в объеме успокаивающих (валериана) и от живота. Нужно было что-то делать. Мы ведь спасатели. Савченко Игорь волновался. Я, как всегда, быстро вышел из положения: «Возьми наш нож. Он острый. Отрежь ему палец на ноге. Да не перепутай. Отрезать нужно сизый!»


Сергей Копылов, Мастер своего дела в лыжном туризме Хабаровского края

Пострадавший, бедолага заволновался.

Я продолжал: «Игорь! такое дело не простое. Эвакуировать его нам невозможно. В группе недостаточно людей. Это самый нормальный выход из положения.
Пострадавший, наконец, высказал свое мнение «Я не хочу терять палец на ноге!»
«А кто у тебя спрашивает, хочешь ты или нет? Рядом с тобой специалист, Савченко. Успешно закончил курсы ветеринаров в Сельскохозяйственном институте города Уссурийска. Сдавал экзамены при кастрации яиц у стадных бычков. Все нормально, старина в этом вопросе. А если время упустим? Ты понимаешь, что может начаться гангрена и мы ……. у тебя ногу. Так что ты выбираешь, ногу или палец?»
Пострадавший: «Я беру всю ответственность на себя!»
Я не унимался: «Джека Лондона читал, где бедолаг на карачках вылезал с Юкона, а за ним след в след шел старый и беззубый волк. Ждал, когда, наконец, этот бедолага скиснет. Вся проблема в том, что на Кадаре все волки молодые. Савченко! Приступай к работе!»


Пройдет еще достаточно времени, что бы мы опять с Сергеем Копыловым начали ходить по Взрослому на Камчатке

В диалог вмешался Серега Копылов и прекратил наше поползновения в отработке действий спасателей в чрезвычайных ситуациях. Почему он это сделал? Пострадавший понемногу стал закатывать глаза. Тоже хорошо, наркоз не потребуется. А его и не было. Все просто. Палку в зубы пострадавшему вставили и …….. палец. У нас не забалуешь.

Как мы выбирались с район? Не помню. Быстро уехали в низ. Попали в Чару. Опять поезд и там Игорь Савченко научил нас кипятком запаривать гречневую кашу. Все просто. Заливаешь гречку горячей водой. Укутываешь полотенцем и даешь настояться. Потом специи и все у вас получиться. Голод не тетка, а путь домой дальний через Тынду.


Пройдет еще достаточно времени, что бы мы опять с Сергеем Копыловым провели интересный выход под Белый столб (Хабаровский край)

Пройдет еще достаточно времени, что бы мы опять с Сергеем Копыловым провели успешную экспедицию ни пик Мак-Кинли

Пройдет еще достаточно времени, что бы мы опять с Сергеем Копыловым провели попутку восхождения на пик Хан-Тенгри

Можно закончить по этой эпопеи наших дел в этом районе, но получается так, что я все статьи сейчас систематизирую. Получилось так, что о многом я никогда не писал и не обговаривал этого. Время пришло начать делать это. Время пришло систематизировать всю мою альпинистскую деятельность, а также понять еще одну тему – Кто мы на самом деле на Дальнем востоке? Альпинисты или Путешественники в горах? А у меня еще сложнее. Я уже давно почувствовал «запах крови в горах» относительно работы ГИДОМ. Вот в этом и вся соль этого рассказа. Мы Дальневосточники. У нас свои правил и они разумные от природы, не от политики, проводимой в стране. Мы далеко и до конца не испорчены ей. 9000 км до ближайших гор сделали нас изгоями в СССР и России. Нам за всю историю Советского альпинизм и путевки в АУСБ не приходили. Не перспективны – ИРАКЕЗЫ! Зато сблизили с альпинизмом в Мире. Именно таким альпинизмом, какой он должен быть по ПРАВУ, а не по политике спорта страны. Ворота в мир другого альпинизма нам открыла и впустила в него Америка. Авиарейс: Петропавловск-Камчатский, затем Анкоридж и Сиэтл сделали свое дело. Но, все по порядку, я ВАС просто разогрел.


Гора Ушба, собственной персоной

Мы возвращаемся во Владивосток и узнаем то, что ожидали услышать уже давно – «Гибель Команды Геннадия Шафирова в горах Кавказа при участии в зимнем Чемпионате России по альпинизму» Трагедия произошла на горе Ушба 27 февраля 1995 года. Я выпустил несколько статей по этой трагедии, все это вы можете прочитать на моей странички. Сейчас я просто попытаюсь сам рассказать всю предысторию этих трагических событий.


Геннадий Шафиров, собственной персоной


Геннадий Шафиров н Баджале

И так, в середине 80х к нам во Владивосток попадает Генка Шаферов. Он заканчивает Рижское летное училище и приезжает жить к своему отцу, отставному военному в городе Владивостоке. Геннадий скромный человек. Он понимает, что попал в семью Приморских альпинистов. Жизнь в альпинизме уже давно бурлит. В это время во Владивостоке всем заправляет Игорь Железняк. Рядом с ним, но по своему направлению, работают Сергей Эйдус, и Сергей Шлемченко.

Генка Шаферов ищет свой путь жизни в альпинизме этого города. Путь простой – это находкинские альпинисты: Коля и Гена Трофименко, Аркадий соловей, Морозов Александр, Рома Галин. Всем находкинцам нужно закрыть звание КМС по альпинизму. Не сразу происходит эта работа. Находкинцы ревнивые. У них всегда свой праздник в жизни. Но, Генка вписывается в их семью. Происходит слияние этих людей. Все заканчивается мирно и дружно. Всех тех, кого я перечислил благодаря совместной работы присуждено звание КМС по альпинизму. Все сделали в ФАНАХ. В БОЛЬШИХ горах и на настоящих стенах. А что произошло потом?

А потом, как всегда. Как и у команды Игоря Железняка. Находкинцы отходят от Гены Шафирова. Это для него не трагедия. Кто-то, когда-то закрывал звание и Генки Шафирова. Все мы отдаём дань тем, кто когда-то отдал ее нам. Только в других группах. Альпинизм, как долго играющая пластинка.


Дементьев Сергей, собственной персоной

Щеглеватых Сергей, собственной персоной

Суприянович Игорь, собственной персоной

Гена, как многие действующие и приезжие альпинисты, не уезжает с Владивостока. Наоборот ищет пути своей жизни в альпинизме и находит. Он видит не початый край работы в самом ДВПИ (Политехнический институт). Но в нем еще свежа память гибели Володи Берсеньева и полный запрет этого вида спорта в этом учебном заведение. Прошло уже больше 15 лет после этих событий в 1970 году. Гена не унывает и на основе скалолазания этого института создает молодежную команду по альпинизму.


Рудниченко Дмитрий, собственной персоной
Создает с «0» и вплотную работает с ней. Тренировки зашкаливают по работоспособности Геннадия. В команду входят: Сергей Дементьев, Игорь Суприянович, Сергей Щегливатых и позднее (сын полка), Дима Рудниченко. Я мог бы назвать еще две-три фамилии молодых ребят, но это не актуально. Именно выше перечисленный состав и был костяком Молодежной сборной Генки Шафирова. Постепенно они наращивают обороты и трое из них: Гена Шаферов, Сергей Дементьев и Сергей Щегливатых закрывают звание «Снежный Барс России». Естественно и КМС по альпинизму.

Гена попер буром и идет дальше. Он участвует во всех Чемпионатах по альпинизму нашей страны. Я часто был у Генки и пытался дать ему понять, что у него молодежная команда и он стал «играть в Бога». Гена был не умолим и ни чего слышать не хотел. В такую же ситуацию я попал на Камчатке с Александром Бачуриным. Сейчас я стал очень осторожен и вряд ли уже буду находиться в компании людей, которые ведут себя очень неправильно.

После окончания институтов ребята вошли в бригаду ПРОМАЛЬПА. Они ее сами создали и вели всю работу по своему усмотрению. Частые выезды молодежной команды в горы ставили в тупик финансовую проблему. Далеко ехать, много затрат на переезды. Они уезжают жить и работать в Краснодар. Там горы рядом, все для них стало проще. А горы? Горы они те-же. И требуют к себе уважения.


Сильнейшие ледолазы, братья Туренко в составе сборной Гены Шафирова

Генка не глупый человек. Он ищет варианты взаимоотношения с сильными альпинистами Страны. Дальневосточники ему уже сказали – «НЕТ, нам этого не нужно!» Намечается очень серьезное зимнее восхождение. Гена понимает, что нужны спецы по льду. Он находит Братьев Туренко. Те с удовольствием соглашаются.


Вадим Гайнеев, собственной персоной
Выбирают и гору, и маршрут достойный для участия в Чемпионате России по альпинизму. Естественно, Ушба. Готовятся и наконец выезд. В группу входит каким-то боком Вадим Гайнеев. Его задача простая - подстраховать Гену на Ушбе. Как? Он идет по маршруту 4-ка на эту вершину и напарник у него Дима Рудниченко. А другого и быть не могло. Дмитрий Рудниченко рос быстро и был подготовленным специалистом в альпинизме смолоду. Ранний, как у нас говорят.

Две группы уходят на маршрут. Одни по 5Б другие по 4-ке. Маршруты зимние. На маршруте у Гены в группе, при выходе со льда на скалы, происходит срыв лидера. Ледобур один на всю веревку, а потом станция. Все на одной веревки. Первый летел такое расстояние, что шансов удержаться всем на станции было никакого. Сначала сорвавшийся лидер ломает свой ледобур, а потом вся станция с участниками уходит в низ. В это время еще не было связи, но Гайнеев все понял по крикам на маршруте. Ведь группа, практически, уже выходила на сам гребень. На связь двойка вышла, как положено. Эфир молчал. Вадим принимает решения спускаться. Рудниченко понимает, что произошло что-то ужасное. Но, он молод и надеяться только лучшее. Потом было самое ужасное. Спасы, транспортировка всех участников в Краснодар и похороны. Всю ответственность за похороны взяло на себя Казачество Краснодара. Памятник, братская могила и прочее.


Мемориал памяти Молодежной сборной Приморского края

Мемориал памяти Молодежной сборной Приморского края

На памятном знаке ошибка. Команда Гены никогда не была на Камчатке, даже в качестве туристов

Мы в это время были в квартире Генки Шаферова во Владивостоке. Вадим Гйнеев уже вернулся с Кавказа, был во Владике и организовал сами поминки по ребятам. Было много народу. Много. Все! После этой трагедии все складывается у ребят оставшихся в живых одинаково. Сергей Щеглеватых не попал на этот Чемпионат. Личные причины. Он уезжает в какой-то поселок в Приморье. Женится там и остается жить. Дима Рудниченко возвратился с Краснодара и вошел в Бизнес Промальпа Приморья. Завязал с горами. Силаев уезжает в Уссурийск и больше о нем ничего не слышно.


Шаповаленко Игорь, собственной персоной

Но и это еще не все. На самом деле команда Генки Шаферов — это последняя рабочая шестеренка в редукторе Приморского альпинизма, как вида спорта. После него Федерация альпинизма Приморья беззубо пыталась продолжать дело в этом направлении, начатое сильными людьми в Приморье. Основной конек ФАиС это была работа Шаповаленко Игоря. Он в это время ближе всех стоял по своим возможностям к званию «Мастер спорта по альпинизму». К сожалению, заменить этих людей, которые не вернулись с гор, никому не удалось. Все потихоньку начало сводиться на «Путешествия в горах». А те, кто пытались участвовать в Чемпионатах страны по альпинизму кроме гнили ничего не было. Окончательно зашли в тупик в начале 2000х. Но об этом по позже.


Клуб альпинистов «Тихий Океан» в деле

1995 год. Весна. Я во Владивостоке. На душе не очень приятно. Но жизнь идет, все продолжается. В Хабаровске еще работает Дмитрий Зверев. Он уже весь в Бизнесе. Ушел с Армии. Раньше он был Майором картографической службы. Эпопея самого Баджала, на самом деле, началась с этого человека. Дмитрий КМС по альпинизму. У него семья, двое детей. Немного раньше его супруга, также, занималась альпинизмом и имеет по этому виду спорта второй разряд. Сами понимаете, система работает у женщин четко.

Схема нашего района для общего понятия
Пришла, утащила с гор мужика. Еще, попутно, второй разряд по альпинизму прихватила. Хватка железная. Но, я не об этом.

Приезжая в Хабаровск, по роду своей деятельности спасателя, не забывал свой любимый альпинизм. Дима Зверев уже устраивал выезд на Баджал. К нему хотел присоединиться Вадим Гайнеев. Что-то между ними произошло и Вадьку оставили на аэродроме. После возвращения с Баджала Дмитрий на отрез отказался от этого района – не перспективно (туризм). Его помыслы были устремлены на другой горный район Хабаровского края – Дюсэ-Алинь. Для этого он создал целую группу альпинистов, которые должны были закрыть тему по дальнейшему развитию альпинизма в Хабаровском крае. Задача средней сложности - Найти хороший горный район, освоить его, наладить там школу по подготовке молодых альпинистов. Дюсэ-Алинь в это время был на столько глухой и удаленный, что вертолетная заброска была невозможно по своему финансированию. Дима не унывает и подвязывает к своей экспедиции в этот район Военных. А что нужно для того, чтобы военным это было нужно? Для этого было нужно одно – участие десантников (дисантуры) в этой эпопеи. Задача понятна – «Подготовка вооруженных сил для работы на сложном горном рельефе».


Вертолет – это все что связывает нас в этом районе с Большой землей

И эта проблема решена. Десантников нашли. С авиацией (вертолетной заброской) через КОМЭСКУ договорились. Нужно готовиться самим. А как? Инструкторов по альпинизму, практически, нет. Принимаем другое решение. По своему опыту я уже давно подхожу на роль «Инструктора по альпинизму». Школу не заканчивал, хотя был рекомендация от Эйдуса Сергея. Делаем просто. Волевым решением Димы Зверева я становлюсь Инструктором у старше разрядников. В мою группу включили Валю Литвинову, Сергея Ланцевича и еще четырех крепких молодых парней. Для чего это сделали? Все в мире просто! – Делать первопроходы в этом горном районе. И этот момент отработали. Остается малость – вылететь на сборы.


Холодный вид этого района

Мы на гражданском аэродроме. Ждем военного борта. Борт военный, сами понимаете. Вертолет может взять столько груза, что хватит на Дюсэ-Алине месяц жить, не думая о городе. Ждем уже сутки. У КОМЭСКИ свои проблемы – кто полетит? Оказывается, и у летунов есть свои правила. Допуск и устав. Решили проблему и по этой теме. Вылетаем. Через довольно продолжительное время полета прилетаем к месту назначения. Высадились и вертолет ушел в Хабаровск. Тишина такая наступила, аж уши вжались во внутрь самого уха. Не привычно. Стены обалдеть кругом. При чем логичные. Поставили лагерь. Установили всем миром Штабную палатку. Я впиндюрил в романтичном месте свою палатку «Мегатест Сервис». Она произвела фурор на десантников. Или наша Валюшка? Тут нужно еще подумать. Дисантура жила в огромной полевой палатке с печкой. Как полагается по уставу. У них было обеспечение полное. Солдатики дежурили и поддерживали тепло в нормальном режиме. Офицеры в это время пытались понять, что они на этих стенах будут делать. Дима их успокоил: «Туда не пойдете, рано еще ВАМ. Вообще вы тут для прикрытия наших сборов». «Проблем нет» – ответили офицеры.


Виды самих стен и перспективы работы на них

Виды самих стен и перспективы работы на них

Виды самих стен и перспективы работы на них

Сначала мы провели занятия для всех страждущих в альпинизме. Я принимал зачеты у старше разрядников по спас работам в двойке. Потом акклиматизационные выходы и, наконец, пошли первые двойки в горах. То есть, маршруты второй категории сложности. Все просто в низу. Но когда ты идешь на верх, не зная, что тебя там ждет, все это не так просто. И эту тему через два выходов решили положительно. Если в группе такой человек, как Серега Ланцевич, проблем не будет. Да их и так не было. Все закончилось тем, что в соседнем ущелье мы прошли маршруты 3ей категории сложности. Такие, слабенькие тройки. Но, это где просто идется. Мы не трогали стены. Не было снаряжения для этого. Да, и Дима очень ревниво смотрел на наши действия. Никакой самодеятельности.


Ну что ВАМ еще нужно – ЛЮДИ! Разве это не полигон для скалолазания

Эти ТРОЙКИ проходили мы, как первопроходы

Работа на маршрутах

Честно, сборы прошли на «УРА!» Не валялись в палатках. Не когда было живот чухать. Вылет обратно происходил в той же последовательности, что и залет. Мы до этого перетащили часть снаряжения на сопку. Думая, что так легче. Как-же! Прилетел борт, пилот в истерике. Быстро сели и ходу в низ по ущелью. Он на отрез отказался зависать на хребте и грузить нашу снарягу. Что там было в заброске, я уже не помню. Столько снаряги у меня ушло в альпинизме, все разве упомнишь. Главное, что о мое основное снаряжение было всегда при мне.


Ну что ВАМ еще нужно – ЛЮДИ! Разве это не полигон для скалолазания

Как тянет на нее

Работа на будущее. А кто был на тех стенах?

А вот после сборов пошло что-то не так. По идеи мы должны были собираться и решать, как будем оформлять свои отчеты и аттестовывать сам район. Я видел, как делали отчеты по Баджалу. Честно, это было смешно видеть. Два листочка бумаги и карта к ним прилагается. На Дюсэ-Алине такое не прокатывает. Тут серьезнее район. Но, мы это предполагали, а на деле пошло что-то не так. Резко изменилась моя жизнь через полгода. Дима Зверев решил уехать за рубеж. Что он и сделал. Он покинул Россию и подался с семьей в Америку. Я его видел не много позднее на Камчатке в составе туристической группы с Америки. Встреча произошла прямо при посадке в Самолет. Все было так неожиданно. Но, ярко. Короткий диалог только по делу и разошлись.


Ну что ВАМ еще нужно – ЛЮДИ! Разве это не полигон для скалолазания

Как тянет на нее

Летом на стене тепло, а зимой?

Н само деле все значительно сложнее. Что-бы заказать в этот район борт вертолета, нужно было быть миллионером. О подготовке каких-то неимущих людей и говорить не приходилось. Никто бы не потянул этот район. Такое положение дел было в 1995 году. А сейчас? Сейчас лесовики протянули или пробили ветку дороги почти до самого озера Медвежьего. Восемнадцать километров пешком по пологому ключу после остановки транспорта и все. Ты в центре горного района. Очень большие перспективы в соседних ущельях. Туристы были там и отзыв один: «Есть еще где работать!» Но, есть и еще одна весомая перспектива работы в данном районе. На значительном расстоянии от места озера Медвежьего в дали просматривается стена. Вы, не поверите. Она в верхней части нависает над нижней. Отрицательный угол стены. Сама стена поражает своей грандиозностью. Туда тянет. Вот вроде и все.


Мы прощаемся с тобой Дюсэ-Алинь, но не на долго

Экспедиция закончена я дома и лето ни куда ни еду. Много работы и проблем. На этом по этому году и закончим.

Продолжение следует....