Встречи

В тот сезон с погодой как-то сразу не заладилось. Едва приехав в а/л «Баксан», несмотря на встречавшее ласковое солнце, мы узнали, что идут дожди, и местный радист уже насушил на своей аппаратуре мешок белых грибов. Густой лес на склонах за лагерем дышал манящими запахами влажной свежести, смолы и хвои. Самые отважные разрядники в качестве зарядки по утрам прочёсывали лесные тропинки забегами на длинные дистанции. Стояла середина августа. В эту смену нам нужна была погода для восхождений. Разряд уже есть, надо сделать хотя бы половину для следующего.

Приехали мы на смену небольшой, но дружной командой альпсекции МИЭМ. Со мной был Саша Лесневский, с которым мы не раз ходили в Крыму, вместе ходили на значок в «Алибеке», а потом - в экспедиции Рототаева по ледникам вокруг Казбека. Была и наша Тамара Мурашко, сильная спортсменка с хорошей тактической и физической подготовкой. Неожиданно по приезду в «Баксан» мы встретили с предыдущей смены мою старую знакомую – Любочку с Украины. Она и в прошлый сезон в «Айламе» отличалась незаурядной красотой и обаянием, а сейчас ещё больше расцвела. Густые тёмно-волнистые волосы до плеч, лучистый сияющий взгляд с милой неотразимой улыбкой и точёная фигурка делали её необыкновенно привлекательной.

Однако сейчас она была расстроена и едва не плакала. Оказывается, красота обернулась для неё бедой. Инструктор её отделения настолько воспылал к ней страстью, что просто проходу не давал и приставал с грязными предложениями. А когда она категорически ему отказала, он перевёл стрелки и публично обвинил её же в неспортивном поведении. Вся смена оказалась испорченной, она едва дотянула до конца и теперь готовилась уезжать.

В результате ко времени нашей встречи ей остро нужна была дружеская помощь и поддержка. Мы, конечно, с ней поговорили и постарались утешить, только ей нужно было что-то большее, душевное тепло и участие. Много позже стало понятно, что потенциально с ней можно было уехать хоть на море, хоть на край света, и может быть из этого мог бы сложиться красивый роман. Только в тот момент даже мысли не повернулись в эту сторону. У каждого была одна, но пламенная страсть – горы, и никаких других устремлений не было вовсе.

Первый выход

Всю первую неделю разрядников 4-й смены посвятили подготовке. Скальные занятия прошли на верхнем поясе Тегенекли-баши и Юсеньги. На скалах чувствую себя уверенно, получая от лазания истинное удовольствие. Дюльфер, работа в связках, крючья, и снова дюльфер…

Спуск дюльфером

На подходах везде таскал с собой лишний килограмм «Зенита», - пот в три ручья, но акклиматизация все равно идёт слишком медленно. Сильно мешает эта гнусная погода, когда не знаешь, существует ли где-нибудь ещё солнце, и пасутся ли в небе эти милые белые барашки, или везде всё заполнила эта свинцовая рваная вата и промозглость. Хорошо ещё дождь докучает не слишком часто.

И вот первый выход. Ущелье Адылсу, нижний лагерь у кошей, ледник Кашкаташ. Приехали сюда на машине. Как всегда рюкзаки и люди внавалку в 4 яруса. Всю дорогу был плотный туман. Что за ущелье, что за горы кругом, - ничего не видно. Только сплошное молоко и медленно выплывающие из него повороты дороги, упрямо ползущей наверх. Слева – стена вверх 5 метров, потом – туман, справа – стена вниз и тот же туман.

Приехали на место, перешли через речку и поставили лагерь. Кругом сосновый лес и сквозь туман только слышен шум вечно мчащегося потока. Быстрый перекус, и - вперёд! Крутая обезьянья тропа наверх занимает около 40 минут. Наверху открывается острый гребень, обрывающийся к леднику и большой камень. Прямо – тропа на Рыжие скалы и Кашкаташ, налево – на Турьи ночёвки. Мы же идём вправо. Лес и трава кончаются, начинается морена.

Неожиданно сверху над нами появляются острые ледяные пики Кашкаташа. Сераки очень круты и высоки, но это ещё не ледопад. Сорокаметровые ледовые башни с идеально ровными стенами стоят прочно и основательно. А ведь вся эта масса ползёт вниз, трещит, рушится и тает ежечасно и непрерывно. Лёд приятный, почти идеальный – мягкий, пористый, держит отлично.

Мы работаем на льду всем отрядом. Только иногда из тумана доносятся голоса ребят из соседнего отделения, порой выплывают смутные силуэты на гребне, да слышен стук ледорубов. Звенит ледоруб, сыплется и звенит ледовая крошка, звенит ручей. И так – весь день.

К 16 часам спускаемся вниз к палаткам. Едва пришли, как начался дождь. Сначала моросил, а пока в палатке шипел примус и варился борщ, дождь усилился, и обедать пришлось там же, не выходя наружу. Борщ могуч и ароматен. Девушки сварили полную кастрюлю! Едим долго, смакуем и наслаждаемся заслуженным отдыхом.

Обед в палатке

А за палаткой шумит дождь, сыплет снежная крошка. Начинается гроза. Ох и вовремя же мы спустились! Здесь палатки прикрывает высокий скальный гребень, но наверху… Наверху сейчас места живого нет. Сквозь сплошную пелену дождя и снега сверху бьёт розово-фиолетовое пламя, и треск стоит страшный.

Время остановилось. Всё грохочет. Гроза наверху в небе, обвалы и лавины по склонам, град по крыше палатки. Белые горошины с наше «драже абрикосовое» равномерно устилают всё кругом. Как и поток сверху, грохот становится непрерывным. Через полчаса град сменяется ливнем, а гроза всё также беснуется розовыми грохочущими всполохами.

Так продолжается весь вечер и всю ночь. Глубокой ночью пришлось вставать и сгребать снег с палатки, от которого она совсем провисла. Кеды на босу ногу, снег выше щиколотки, под ним – вода, а сверху – дождь. Молнии ночью ослепляют настолько, что приходится по несколько секунд стоять неподвижно, восстанавливая зрение. Оборвалась центральная растяжка палатки. Веревка оказалась прогнившей, натягиваю, - рвётся снова. Приходится надвязать уцелевший остаток шнурком от кеда, только тогда удаётся прилично натянуть…

Утром (18 августа) спустилась группа с верхних ночёвок. Там снега по колено. Оказывается, накануне на Чегеткару по тройке вышли две группы. Одна - из «Адылсу» с палаткой, а позже по готовым следам - вторая из «Джантугана» без палатки! Видимо, они надеялись быстренько сбегать и вернуться. Первая группа успела пройти маршрут и заночевала на перемычке при спуске. Зато вторая не смогла их догнать и, естественно, схватила «холодную»! Наверху! И в такую ночь!

Как потом рассказывали, коронный разряд ревел и бушевал по всему гребню непрерывным метровым пламенем. Утром по радио в аварийное время ребята слышали, что в Узунколе шаровая молния накрыла группу Кавуненко. Один человек погиб, трое сильно обожжены. Из Джантугана вышли спасатели на помощь к своей группе, которая всю ночь провела на маршруте без палатки и примуса!

Мы весь день просидели в палатках, но погода не меняется. Гроза утихла, но дождь продолжается.

Тот самый снег

Начались лавины. Они грохочут не слабее грозы, камушки с ними идут хорошие, а склоны тут крутые. В пять часов мы сняли палатки и после полутора часов хода вниз поймали машину и вскоре были уже в «Баксане». Восхождение сорвалось. Весь район закрыли на четыре дня.

Именно в это время Юрий Визбор написал ставшие потом известными строки:
Нам-то что, мы – в тепле и уюте,
И весь вечер гоняем чаи,
Лишь бы те, кто сейчас на маршруте
Завтра в лагерь спуститься смогли.
Основная смена

И всё же, несмотря на погоду, мы сделали все наши вершины. Конечно, планы пришлось корректировать, менять всё на ходу. После той грозовой ночи казалось, будто стихия уже выплеснула основной запас избыточной энергии и теперь всё должно быть помягче и поспокойнее. И действительно, постепенно стало проглядывать солнце, и погода понемногу налаживалась.

Мы сходили на Малый Донгузорун (Донгузорун-чегет-карабаши) – по маршруту 2Б. Хороша была ночевка на поляне северного склона с видом на Эльбрус.

Море облаков над поляной Азау

От поляны траверснули склон на запад до северного склона, потом по крутой сыпучке со снегом и живыми камнями поднялись на перевал, откуда и вышли на вершину по западному ребру.

Траверс под Чегетом

Связь с лагерем

Штурман уточняет маршрут

Отличные виды Эльбруса с высоты 3800 были нам наградой.

Единственной проблемой в самом начале была наша заброска на подъёмнике по склону Чегета. После альплагеря и первого выхода акклиматизации для этой высоты не хватило, и горняшка слегка прихватила уже при установке палаток. Пока слегка качало и уносило, но было понятно, что на ночь так оставлять было нельзя. Пришлось срочно сбегать наверх до ближайшей вершинки, вымыть из крови лишний азот и полюбоваться закатом. После этого уже можно было спать спокойно и полноценно.

Когутай нам дался с трудом. Сплошная пилёжка, да ещё и в приличном темпе. При том, что отсутствие промежуточного лагеря обеспечило значительный перепад высот. Сначала обезьянья тропа наверх зелёной зоны лесов и лугов, а потом – только снег, снег и снег, хотя сама вершина весьма скалиста… Были вопросы с прохождением бергшрунда, да и то только в начале. И всё же мы поднялись по северному ребру и прошли Когутай траверсом – маршрут 2А к.т.

Гораздо приятнее оказались крутые скальные маршруты на пик МНР. Туда мы сходили даже дважды – на юго-западную и северо-восточную вершины.

Привал под п. МНР

Тамара смогла сделать своё руководство 2Б, столь нужное для следующего разряда. Этот массив сам по себе весьма красив и интересен. А южные его стены в хорошую погоду могут напоминать о тёплом Крыме.

Саша Лесневский на вершине п. МНР

Спуск с п.МНР

Плюс ко всему под склонами много горного хрусталя. В итоге мы выполнили намеченную программу полностью. Окошки в погоде и просто везение помогло сделать половину нормативов для закрытия второго разряда. Следующий сезон будет решающим.

Поезд Нальчик-Москва

Снова перестук колёс, за окном проплывают поля, реки и степи. И «солнце жарит, чтоб оно пропало!..». Впереди – Москва, позади – очередной виток той игры, где победа стоит очень дорого, а поражение может перечеркнуть всё, замкнуть накоротко поднимающуюся спираль роста и жизни. Да, игра эта тяжела, но она и захватывает, победа опьяняет. И не часто осознаёшь, что же поставлено здесь на карту, а когда сознаёшь, увлекаешься с новой силой.

Для кого-то это – игра, пока собственные силы намного превосходят трудности выпадающих испытаний. Для кого-то, быть может, - и спорт, оригинальный, доступный, пока силы равны. Для большинства же из тех, кто в нём остаётся, для тех, кто на себе испытал всю бесконечную мощь стихий и слабость перед ними человека, - это работа, тяжёлая и опасная. Работа на всемогущего и безжалостного противника, точная и расчётливая, трудная и огромная, она изматывает, но не отпускает. И скажешь себе: «Всё, хватит! Наелся и снега, и пота, хватит этого льда, скал и крови!», но придёт время, соберёшь рюкзак и снова уедешь туда, где блестят нам вершины высоких побед злато-радужным светом мечты, с которой когда-то начинал и был опьянён каждый…

Читайте на Mountain.RU:

Кармадон

Альпийский дневник. Альплагерь «Айлама»