Когда я рвал свою душу и тело на холодном январском ветру Эльбруса где-то далеко продолжали кипеть важные интересные страсти. Мир складывался в причудливую мозаику. Несколько красивых фрагментов были в Польше. В нужный день я оказался во Вроцлаве.

Вечером на тренировке на Скалодроме города Вроцлав "Eiger" было не протолкнуться. Ольга Танашева порхала от трассы к трассе, от зацепа к зацепу. Я едва успевал за ней. При всем она умудрялась общаться с людьми, и прикидывать где что нового появилось.
- Вон там накрутили что- то. Давай попробуем?
- Слишком сложно для меня, пожалуй, - задуматься пришлось, когда положил руки на первые пассивные зацепы.

Для Ольги оказалось в самый раз. Считала перехваты, прикидывала среднюю сложность отработанного, тащила на турник и кампусборд. Мне едва хватало сил следовать за ее энергией. "У поляков набралась, - крутилась в голове такая же шальная, как все окружающее, мысль. - Весело у них тут".

Было много молодежи, конечно. Приходили многодетные семьи, лазали по очереди - оставшийся развлекал потомство. Глядя на них, я поймал себя на мысли, что следующие двадцать лет жизни не прочь провести в таком стиле. Вот только бы еще пару раз на восьмитысячники сгонять! Инструкторы поглядывали в нашу сторону, словно пытались понять, что за иностранный пельмень к ним прикатился.

Уже поздно ночью мы прикатили домой. Я сразу полез в компьютер, и обнаружил интересное приглашение. Надо было ехать куда-то неподалеку.
- Где такой городок Завоя, слышала? - обратился я к Ольге, хлопотавшей возле плиты. - Была в нем? Что там интересного?
Та выразительно пожала плечами, и повернулась к мужу с вопросом в глазах.
- Как же, знаю, - перехватил ее взгляд Михал. - Выступал на соревнованиях когда-то. Самая длинная деревня Польши, восемнадцать километров. Пока ее пробежишь! А ты зачем спрашиваешь?

Музей альпинизма в городе Завоя начали строить около двух лет назад. К его созданию приложили многие спецы вроде Кшиштофа Велицкого и Бернадет Макдональдс. Идея и дизайн были многократно продуманы, распределены по выкупленной у местного управления территории. И вот теперь музей, что называется, созрел, и его намеревались торжественно открыть.

Когда мы с Алией Абылбаевой приехали в городок, то были поражены красиво лежавшим на домах и под деревьями снегом. Здесь была свежесть, по жилам разливался пьянящий воздух Татров. Руководителем проекта оказался молодой парень Бартош Кравчак с невероятно энергичными, но деликатными манерами. Такие люди знают, чего хотят, - подумалось мне. И не ошибся.

- Самое важное, что этот музей будет одновременно обучающим центром! - таскал он меня по закоулкам. - Для детей. Ну и для их родителей, конечно.
- Для детей? - моя мина получилась на редкость кислой. - Как ты их здесь развлекать будешь?!
- А вот аттракционы! - широко повел Бартек рукой над расставленными в залах электронными дисплеями. - Тут много чего придумано: в экспедицию собраться, восхождение провести. Да и сами экспонаты яркие, оригинальные.

Выяснилось, что меня назначили опекуном вершины Эльбрус. Несколько величавых макетов представляли наивысшие точки континентов. Уже на следующий день, когда мы большой толпой человек в двести торжественно похлопали в ладоши, открыли дверь музея и ворвались внутрь, мне пришлось отдуваться на посту. Люди подходили, расспрашивали, фотографировались. У соседних стендов "дежурили" Кшиштоф Велицкий, Лешек Чихи, Рышард Павловски, Петер Хамор, Януш Майер - их тоже назначили опекунами вершин от Эвереста до Костюшко.

Экспозиций было много. Так что хватит на несколько часов осмотра. А при развитии проекта и на пару дней. Мне доверили приложить руку - подарил организаторам камень с вершины Эльбруса, снятый в зимнем восхождении всего три недели назад, и свою книжку с рассказом о скоростном восхождении на Эльбрус. Работал шикарный бар, всюду искрились интересные беседы. Было много друзей вроде Адама Билецкого и Каспера Текели, скромно улыбались обворожительные девушки. За окном огненным морем разливался солнечный свет, врывался сквозь огромные окна внутрь. Синее небо стремительно взмывало над горами. Открывая новые горизонты. Праздник получился на зависть - как это принято у поляков.

Но мне вспомнилась прошедшая ночь. Когда ребята из персонала доводили все до степени готовности. Времени, как обычно, не хватало. Поэтому работать пришлось долго. Поляки сновали тут и там, полные агрессивного веселья. Задержались и мы с Алией. Случайно заглянув в кабинет, где были брошены куртки, я обнаружил там сидевшего в одиночестве Бартека. Перед ним на столе была початая бутылка виски. Хм...

- Так дело не пойдет! Без друзей не правильно, не справишься! - оценив ситуацию я сразу взял быка за рога. - Ну-ка, давай другой стакан.
Через полчаса вокруг собрались дамы. Достали печенье, апельсины и вино. Я балагурил по-польски, небрежным армейским способом открывал без штопора винные бутылки, потом меня вытянули на эстраду с гитарой в руках, дальше началась репетиция Гимна Музея, мы танцевали по пустому темному залу под раскаты рока.

- Хорошо! - уже за полночь увлеченно хлопнул я по столу ладонью. - Оставлю тебе свои фильмы. И пару-тройку роликов об альпинизме. Чтобы ты тут в музее показывал.
- Я этой мечтой уже семь лет живу, - надрывно Бартош стучал себя кулаком по груди. - Бросил работу, дом. Потому что хочу запустить этот красивый проект. В последние два года на стройке живу, не сплю. Это все чем построено?! Вот этими руками!
Такие горящие глаза воспламеняют сердца других людей. Чтобы пылать интересными идеями, воплощая их в жизнь, помогать молодежи, стараться во всем найти возможность совершенствования. Эта энергетика позволяет добиваться красивых целей, именно в таком обществе я чувствую себя "в своей тарелке" - нужным, с возможностью самореализации. Именно поэтому я вернулся в Россию, приткнулся в уголок Италии, а теперь обрел Польшу. Говорят, что на двух стульях не усидеть. А если на трех?! Но я хочу попытаться. Потому что благодарен друзьям за поддержку, внимание. И постараюсь быть достойным доверия.

- Знаешь, что он мне написал в заголовке своей книги? - спросил Бартек секретаря Магдалену. - От семасброда сумасброду!
Девушка оценивающе глянула на наши кривые рожи. Скептически качнула головой.
- Вот с этим человеком поедете, - сказала она, указав в сторону стола у двери. Там явно заждался нас серьезный поляк. - Он на север едет. Тебя в Ченстохову закинет, Алию в Варшаву. Пойдет?
- Еще бы! Спасибо! - выдохнул я, пожимая руку Войтеку, как звали предстоящего драйвера.

Такая оказия подвернулась очень удачно. Я подарил нашему гиду книгу "Ледоруб Лейтенанта", в пути мы рассуждали о тонкостях польской словесности. Благо, поляк оказался журналистом из "Gazety Wyborczej". Потом в кафе на окраине своего городка прибежал Яцек Телер, забрал к себе в гости.