 |
Вершина Садзеле. В ожидании снега
Большую часть времени мы провели в Гудаури. Прибыв туда под Новый год, мы застали аномальную для этой поры картину абсолютного бесснежья. Канатки запустили 28 января… Садзеле же, самую высокую, крутую и скалистую гору курорта, открыли лишь в марте: виной тому ураган, почти оголивший её в феврале…
 |
В Хижине
До открытия склонов мы временами жили в Хижине – одиноко стоящем высоко в горах уютном доме, выше которого лежал снег. Погоды стояли летние, и жизнь напоминала идиллию: утром бэккантри на соседнюю гору, днём джибинг под окнами, вечером митинг у камина.
 |
Под зимним солнцем
Грузию называют краем вечной весны. И хотя к высокогорному Гудаури это относится в меньшей степени, солнца здесь много и оно всегда весеннее. А искрящаяся целина – верный залог чистого счастья.
 |
В облаках
Зато в непогоду, не имея ориентиров, чувствуешь себя ёжиком из известного мультфильма кататься приходится по вешкам вдоль трассы. Однажды, утратив все представления о пространстве, я остановился, осмотрелся, шагнул в сторону и… упал в овраг…
 |
Под 1-й канаткой
Полого, но камни могут скрасить этот километр.
 |
Под 2-й канаткой
Камней мало, зато полей – не расписать.
 |
Кудеби
Меньшая вершина курорта. Красивые виды, интересные скалы, приятные крутяки.
 |
Бэккантри на Чрдили
Почти опоясанный Военно-Грузинской дорогой, Гудаури располагает к бэккантри. Есть просторные целинные поля, есть опасные скальные кулуары можно хребтами свалиться в глубокую пропасть к Арагве, можно полями подняться к монастырю Ломиси на высоком хребте…
 |
В парке
Строительство парка оказалось почти инфернальным занятием. Приданный нам сварщик считал изготовление рейлов пустой тратой времени, а себя почитал оскорблённым и отказывался варить, если мы не выпивали с ним хотя бы утром. Как-то у него сорвалась болгарка, и он махнул ею по методу харакири. Мы замерли. «Уиталик! – обратился он с укоризной к Митяю, заглядывая в разрез на свитере. – Ноуый полууэр… ноуая рубашка…». Столь трепетное отношение к рубашкам у него, видимо, сохранилось с рождения: он не пострадал – и мы построили парк, в котором катались даже зимой в рубашках.
 |
Урбан лайт
Есть джибинг и в посёлке. И не только такой лайтовый, как на этом снимке.
 |
Поля по пути домой. Гало на закате
Наша хата стояла с краю, и возвращение составляло отдельную радость. Особенно на закате и уж тем более при свете гало.
 |
Местия. Ушба
В начале марта мы переехали на расположенный в Сванетии новый горнолыжный курорт Местия. С таким вот видом и приходится там кататься. Остановишься на лесной поляне, потрепещешь от восторга – и дальше.
 |
Местия. Утро после бури
Солнце, паудер, лес и сугроб на ветках как символ. Снято в верхней части местийского леса.
 |
Валежник и лыжник
Большая часть склонов в Местии покрыта могучим хвойным лесом, весьма густым. Много валежника, есть увлекательные кулуары, поляны, иногда попадаются дропы и совсем редко – люди.
 |
Дроп
В ближайших окрестностях подъёмника.
 |
В кулуаре
В тот снежный и туманный день свой кофр Ваня взял лишь на последний спуск. И каждым снимком блистательно опровергал собственный скептицизм.
 |
Стрит
Снег на стенках этой теснины по весне не залёживается, и после трёхдневного снегопада мы не стали упускать свой шанс. Снято с моста через реку Местиачалу в черте города.
 |
Роудгэп с видом на Ушбу
Небольшой роудгэп на закате последнего дня в Местии. Утром по этой красивой дороге нам предстояло отправиться в 12-тичасовое путешествие до Тбилиси.
 |
На грузинской стороне
Мы провели три месяца. И уехали, чтобы вернуться.
Рассказал: Алексей Еремеев (Black Crows, Full Tilt)
Фотографировал: Иван Чудаков (Amplid, Eleven, Julbo)
Источник: PowderDay
Фотографировал: Иван Чудаков (Amplid, Eleven, Julbo)
Источник: PowderDay