Эльбрусское восхождение 1829 года нашло отражение в кратких служебных отчетах нескольких участников экспедиции Емануеля. О собкоре газеты «Тифлисские ведомости» А. Щастливцеве и его разошедшемся по миру сообщении об экспедиции речь шла в Частях 1 и 4. В Части 5 были приведены рапорты в Генеральный штаб дивизионного штабного поручика Щербатова. Поговорим теперь о рапортах самого генерала Емануеля: в Главный штаб в Петербурге и своему начальству на Кавказе. Первый из них, как и рапорты Щербатова, воспроизводится здесь с документов Российского Государственного Военно-исторического архива в деле № 1014 «О предположенной генералом от кавалерии Эмануелем экспедиции в 1829 году для обозрения ближайших окрестностей горы Эльбруса и Кинтал-горы».

Рассветный панорамный вид на Эльбрус и Донгузорун с вершины 3814 над перевалом Джикыаузанкез. Фото И. Паша

1. Рапорт Емануеля в Главный штаб Е.И.В.
Рапорт Управляющему Главным штабом Емануель отправил 22 июля, в день окончания экспедиции. В делопроизводстве Главштаба документ был оприходован через неделю под № 328 как «Рапорт генерал адъютанту графу Чернышеву генерала Емануеля от 22 июня за № 174, с представлением двух камушков, присланных одним кабардинцем по прозванию Хиляр, с самой вершины Эльборуса». В архивном Деле рапорт занимает две страницы, по небрежности сшитые вразбивку: первая на листе 37, вторая на листе 40. Из Главштаба снятые с рапорта копии были переправлены генералу Канкрину в Министерство финансов (лист 38) и генералу князю Ливену в Министерство народного просвещения (ответное уведомление – лист 39).

РГВИА ВУА фонд 846, дело 1014, листы 37 и 40
Августа 29 / 1829
1. Отд. № 328

Управляющему Главным Штабом ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА,
Господину Генералу от Кавалерии
Генерал Адъютанту и Кавалеру Чернышеву

Командующаго Войсками на Кавказской линии и в Черногории,
Генерала от Кавалерии Емануеля
РАПОРТ

Вашему сиятельству имею честь представить, что Экспедиция к обозрению ближайших окрестностей Эльборуса и прочих открытий, выступив со мною из Горячеводска прошлаго июня 26 числа, возвратилась благополучно обратно в Горячеводск сего июля 21 числа.

Подготовление карты о следовании Экспедиции с означением на оной, где что было открыто чиновником Горнаго Корпуса и Академиками, я буду иметь честь в то время представить. В прочем, о таковых открытиях, как-то: 1-е свинец, 2-е Каменный уголь. 3-е точильный сланец, 4-е алебастр, 5-е мел и 6-е сосновый лес, весьма полезный для Минеральных вод, Чиновник Горнаго Корпуса и Академики сделают при представлении своем подробное описание, а между тем я приемлю честь довести до сведения Вашего Сиятельства, что Экспедиция по удачному приближению за 15 верст к Эльборусу (: оставя тут все тяжести в вагенбурге, а последнее орудие за 8-мь верст, по совершенной уже невозможности следовать :) 8-го числа июля вечером, пехота и конница, преодолев все затруднения, достигли до самой подошвы Эльборуса и расположились лагерем у самой реки Малки.

9-го числа июля, все Академики и другие изъявившие желание охотники, взойти на Эльборус, отправились к самому снежному хребту сей горы.

10-го числа в третьем часу по полуночи, пользуясь благоприятною погодою, выступили все к исполнению предложенной цели, но после самых величайших усилий, достигнув выше половины Эльборуса, обратились назад, один только кабардинец по прозванию Хиляр, успел достигнуть около 11-ти часов самую вершину сей Горы, на которой водрузил палку с ним имевшуюся и обложив ее камнем, спустился обратно, показав первый возможность быть на высочайшей из гор в Европе, почитавшейся по ныне вовсе неприступной.

Принесенные же сим Хиляром два камушка с самой вершины Эльборуса вашему Сиятельству присем честь имею представить.

Генерал От Кавалерии Емануель [личная подпись]
№ 174
Июля 22-го дня 1829 года
Горячеводск

2. Рапорт генерала Емануеля командующему Кавказским корпусом.
Рапорт Емануеля непосредственному начальнику – командующему объединенным Кавказским корпусом генералу графу Паскевичу Эриванскому – мы находим в изданном в 1878 г. в Тифлисе 7-м томе «Актов, собранных Кавказской Археографической Комиссией», 14-я глава которого посвящена Кавказской линии (документ № 900, с. 940-941).

Титульный лист 7-го тома Тифлисского издания Актов Кавказской археографической комиссии (биб-ка им. Ленина, Москва)
Текст рапорта Емануеля Паскевичу об итогах Эльбрусской экспедиции, по изданию Актов Кавказской археографической комиссии в 1878 году

Рапорт ген. Эмануеля гр. Паскевичу, от 30-го июля 1829 года, №180.
Имею честь представить, что экспедиция к обозрению ближайших окрестностей Эльбруса и прочих открытий, выступив со мною из Горячеводска прошлого июня 26-го числа, возвратилась благополучно обратно в Горячеводск сего июля 21-го числа.

Впрочем, о сделанных вообще открытиях свинца, каменнаго угля, точильнаго сланца, алебастра, мела и сосноваго леса, весьма полезнаго для минеральных вод, чиновник Горнаго Корпуса и академики сделают при представлении своем подробное описание, а между тем я приемлю честь довести до сведения в.с., что экспедиция по удачному приближению за 15 верст к Эльбрусу, оставила тут все тяжести в вагенбурге, а последнее орудие за 8 верст, по совершенной уже невозможности далее следовать. 8-го числа июля вечером, пехота и конница, преодолев все затруднения, достигли до самой подошвы Эльбруса и расположились лагерем на Малке. 9-го июля все академики и другие, изъявившие желание, охотники взойти на Эльбрус отправились к самому снежному хребту сей горы. 10-го числа, в 3 часа по-полуночи, пользуясь благоприятною погодою, выступили все к исполнению предположенной цели, но после величайших усилий, достигнув выше половины Эльбруса, обратились назад один только Кабардинец, по имени Киллар, успел достигнуть около 11-ти часов самой вершины сей горы, на которой, водрузив палку, с ним имевшуюся, и обложив ее камнем, спустился обратно, показав первый возможность быть на высочайшей из гор в Европе, почитавшейся доныне вовсе неприступной.

3. Сравнительный анализ.
Как можно видеть, рапорты Емануеля командованию Главного штаба в Петербурге и Кавказского корпуса в Тифлисе по сути идентичны: оба заявляют об успешном окончании экспедиции и оба акцентированы на Эльбрусском восхождении. По вопросам научных и топографических походных изысканий академиков и горного инженера генерал отсылает к соответствующим «представлениям», сам же он считает своей достойной начальственного внимания походной заслугой восхождение к вершине Эльбруса – именно это, а не какие-то моменты военной стратегии или тактики или важные новости в связи с контактами и переговорами на маршруте с представителями местных элит. (Не потому ли, что ничего такого важного не было?)

Если не считать слов о «принесенных сим Хиляром двух камушках», которых нет в рапорте Паскевичу (камушки были отправлены минуя его в столицу), то оба рапорта практически тождественны текстуально, и это не удивительно. Они составлялись в один день и предназначались для военных ведомств единого общего подчинения. Имеющиеся отличия мизерны, но при этом любопытны.

1. Опубликованный в «Актах» текст рапорта (Паскевичу) косметически подправлен – в разбивке по абзацам и в написании имен собственных. Очевидно, это редакторская правка. В оригиналах, произведенных один вслед другого одной рукой (видимо, секретаря Емануеля), написание заведомо было одинаковым, «емануелевским», и значились там Эльборус (а не Эльбрус), Хиляр (а не Киллар), да и – опять же – Емануель (а не Эмануель или Эммануэль).

2. В воспроизведенных выше рапортах несколько различается расстановка запятых в части предложения, касающейся «академиков и других изъявивших желание охотников взойти на Эльбрус». Но как ни расставляй там запятые, нельзя не видеть ошибочность распространенного ныне толкования упомянутых «охотников» как людей (из местных), промышляющих охотой: речь у Емануеля вовсе не о таких охотниках. Столь же ошибочно (забавно) часто встречающееся в наше время представление о Киларе как старом пастухе. Своей живучестью оно обязано кривому обратному переводу (с обошедшей Европу французской кальки) сообщения в Тифлисских ведомостях (см. Часть 4), из-за чего Килар, «бывший прежде пастухом», превратился в «старого пастуха».

3. В рукописном рапорте Чернышеву описан «один только кабардинец по прозванию Хиляр», в печатном тексте рапорта Паскевичу – «один только Кабардинец, по имени Киллар». О дилемме Хиляр-Киллар выше сказано, но о том, тождественна ли редакторская замена слова «прозвание» словом «имя» и придавать ли этому значение, я в данный момент не берусь. Так или иначе, Емануель писал сообщал о Хиляре по прозванию.

Утренний вид Эльбруса с ближних подходов со стороны перевала Терскол. Фото И. Паша

4. Еще несколько рапортов.
Итак, есть рапорты (сообщения) от генерала Емануеля и участвовавших в его экспедиции штабного офицера Щербачева и штатского репортера Щастливцева. Естественный вопрос: знал ли генерал о миссии этих двух лиц или нет? Естественный ответ: да, знал, потому что случайных людей в собранном им по Кавказской линии военном отряде не было, и быть не могло. Просто нет (пока?) сведений о том, как и через кого согласовывалось участие в походе тифлисского корреспондента (возможно, через кавказского начальника Емануеля графа Паскевича). Участие же поручика Щербачева было согласовано по линии взаимодействия Главного и Генерального штабов, притом что Генштабу в то время как раз вменялась, прежде всего, топографическая и картографическая работа (отсюда и название ведомства: Военно-Топографическое Депо, его возглавлял генерал Шуберт, с которым напрямую сносился Щербачев – см. Часть 5). Что важно, имя Щербачева прямо прозвучало в одном из рапортов Емануеля в связи с приготовлением маршрутной карты экспедиции. Воспроизвожу его с сохранением орфографии (за вычетом твердых знаков и ятей).

РГВИА ВУА фонд 846, дело 1014, лист 46
2 января 1830 1 отд января 8 / 1830 № 3

Управляющему Главным Штабом Его Императорскаго Величества Господину Генералу от Кавалерии Генерал Адъютанту икавалеру Графу Чернышеву

Командующаго войсками На Кавказской Линии ив Черномории
Генерала от Кавалерии Емонуеля
РАПОРТ

Присем имею честь представить вашему сиятельству, Маршрут оследовании войск наших от Укрепления Каменнаго моста, что намалке до Горы Эльбруса, А от туда к каменному мосту на кубань до Укрепления усть Джегурты, – снятый Генеральнаго Штаба Порутчиком Щербачевым, и топографом 2-го Класса Александровым, котораго я взял насие время, с Горячих минеральных вод Угенеральнаго Штаба Полковника Озерскаго, по неимению присебе Топографов.

Генерал от Кавалерии Емануель \ личная подпись \ 1309
… [дата за срезом сшитого листа] Декабря 1829 г. Ставрополь

[Примечание. Написание в обращении рапорта имени Емануеля через букву «о» живо напоминает рапорт Щербачева об окончании экспедиции, в котором многократное написание этого имени именно таким и было (см. Часть 5). Трудно объяснить, как генерал, собственноручно подписывая своим именем столь короткий (и изобилующий ошибками) рапорт, не отправил его на «переработку».]

«Вдогонку» к этому рапорту – извещение о направлении на хранение маршрутной карты экспедиции Емануеля (указание адресата отсутствует).

РГВИА ВУА фонд 846, дело 1014, лист 47
Копия

1-е Отделение Канцелярии Генерал-Квартирмейстера Главнаго-Штаба Его Императорскаго Величества Г. Генерал Адъютанта Графа Суятелена, честь имеет при сем препроводить в Военно-Топографическое Депо, для хранения: маршрут следования войск, под начальством Г. Генерала от Кавалерии Эмануеля, во время экспедиции от укрепления каменнаго моста на реке Малке к горе Эльбрусу, а оттуда к Каменному мосту на реке Кубань и до укрепления Усть-Джигуты снятый глазомерно Генеральнаго Штаба Порутчиком Щербачевым и Топографом Александровым.

Подписал Гвардии Капитан Крюков
Верно: Штабс Капитан Попов

… И еще один рапорт Емануеля, опять же начальнику Главного штаба Чернышеву. Этот рапорт был направлен еще в мае, до начала экспедиции, он информировал Главштаб (и далее по инстанциям) о численности набранного генералом походного военного отряда. Интересен нам этот документ тем, что показывает, какие военно-тактические соображения брались во внимание Емануелем при формировании отряда и в какой степени он рассчитывал на попутное полезное взаимодействие с местными старшинами. (В этой связи возникает еще один повод удивиться тому, что в своем экспедиционном рапорте-отчете генерал обходит напрочь эту важную тему.)

РГВИА ВУА фонд 846, дело 1014, лист 32
13 мая 1829 мая 14 / 1829
1 отд. № 197
[внизу страницы – даты и исходящие номера ответных писем:
Г. от И. = генерал от инфантерии, Г.- К. = генерал от кавалерии] :
Г. от И. Кн. Ливену -------- 5 июня за № 133
Г. – К. Эмануелю ------------------ за № 134

Управляющему Главным Штабом ЕГО ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА Господину Генералу от Кавалерии Генерал Адъютанту и Кавалеру Графу Чернышеву

Командующего войсками наКавказской линии ивъ Черномории
Генерала от Кавалерии Емануеля
РАПОРТ

На предписание Вашего Сиятельства от 24 числа марта месяца за № 69-м довести честь имею, что отряд для экспедиции к Эльборусу составлен из 650 человек пехоты, 350 линейных козаков, и 2-х орудий 3-х фунтоваго калибра для удобнейшаго провоза их чрез Горы. Войска сии взяты слеваго фланга Линии, ибо со стороны Чеченцев неожидаю безпокойств, кои посие время неделают набегов в Границы наши а для удержания непокорных России народов, живущих за рекою Кубанью, предпринять всевозможныя меры предосторожности Ипосему Предмету расположены в Главнейших пунктах отряды как для поддержания покорных нам Народов, атак же для наблюдения задвижением, изборищами непокорных апосему в отправлении экспедиции непредвидены затруднения, в особенности с покорением Карачаевцев, кои прежде всего моглибы сему воспрепятствовать, носовремяни покорения иот смежных с ними народов, нетокмо неможет встретится никаких препятствий, нодаже сами Старшины Карачаевскаго Народа могут оказать ныне полезныя услуги в открытиях Войскам же назначенным в отряд к Эльборусу, предписано назборном месте в Укреплении Каменнаго моста на Малке к 23 числу будущаго июня месяца, и как сие время года есть самое лучшее в Горах, то Экспедиция может продолжаться … [неразборчиво] в продолжение коего Г.Г. академики могут окончить свои изследования. Относительно перевоски их в Горы и находящихся приних Инструментов, мною зделано должное распоряжение а посему покорнейше прошу […]
[второй страницы листа 32 нет на месте]

Вид на Эльбрус с ледового озера Джикыауганкез. Фото И. Паша

ПРИЛОЖЕНИЕ. Петербургские адресаты генерала Емануеля и поручика Щербачева.

1. Генерал Чернышев и Главный штаб Его Императорского Величества (Е.И.В.). В ходе проведенной Александром I в 1802 году реформы системы государственного управления в России были созданы восемь министерств, в их числе Министерство военных сухопутных сил и Министерство морских сил (позднее Морское министерство). Первое было разделено в 1815 г. на собственно Военное министерство и учрежденный над ним Главный штаб Е.И.В. Это учреждение обзавелось специальной Канцелярией генерал-квартирмейстера, а в состав его вошло несколько департаментов и Свита Е.И.В, которой в 1827 г. было возвращено Екатерининское название: Генеральный штаб. Как самостоятельное учреждение – в виде Военно-топографического депо и корпуса военных топографов (см. Приложение 2) – Генштаб просуществовал, правда, совсем недолго.

Здание и арка Главного штаба Е.И.В. в Петербурге, архитектор К.И. Росси. Строительство завершалось в описываемый «Эльбрусский» период 1828-29 годов
Первыми начальниками (до утверждения в должности – управляющими) Главного штаба были П.М. Волконский (1815 - 1823) и И.И. Дибич (1823 - 1828). В 1827 г. "Товарищем начальника Главного штаба Е.И.В." и Управляющим Военным министерством стал генерал-адъютант Чернышев. Он был произведен в генералы от кавалерии и через год занял пост Управляющего Главным штабом. Вступив в эту должность, Чернышев передал Генштаб в подчинение генерал-квартирмейстеру Главного штаба (им был генерал-лейтенант П. П. Сухтелен, его имя в качестве адресата встречается в одном из документов дела № 1014). Таким образом, именно в его прямом подчинении находился шеф Военно-топографического депо генерал-майор Шуберт, которому рапортовал в связи с Эльбрусской экспедицией поручик Щербачев (см. Приложение 2).

Разделение военно-управленческого аппарата на два автономных центра, Главный штаб и Военное министерство, имело свои недостатки, особо проявившиеся в ходе Русско-турецкой войны 1828-29 гг. В начале 1831 г. Чернышев представил Николаю I записку с «кратким обозрением порядка военного управления и способа преобразования оного», в которой основной причиной недостаточной подготовки армии было признано «отделение дел по фронтовой части от дел хозяйственных, требующих при всех важнейших военных предприятиях совокупного соображения». Чернышев убедил царя в необходимости военного единоначалия, и в 1832 г. он в ранге министра встал над Военным министерством и соединенным с ним Главным штабом.

Генерал А.И. Чернышев. Портрет мастерской Джорджа Доу, Военная галерея Зимнего дворца, Государственный Эрмитаж (Санкт-Петербург)
Чернышёв Александр Иванович (1785 - 1857), генерал-адъютант (22.11.1812), генерал от кавалерии (1827), светлейший князь (1849). Из известного с XVI в. дворянского рода польского происхождения. Службу начал в 1802 г. корнетом Кавалергардского полка. С 1804 г. адъютант генерала Уварова, имел боевые заслуги в сражениях 1805-08 гг. В 1808 г. был командирован во Францию с письмом к Наполеону и находился при его армии в сражениях 1809 г., за что получил орден Почетного легиона. Создал во Франции разведсеть, через которую получал сведения о французской армии. В феврале 1812 г. покинул Париж, в сентябре был направлен Александром I к Кутузову и затем к адмиралу Чичагову. В конце 1812 г. был произведен в генерал-майоры, а уже в начале 1814 г. – за отличия в заграничных сражениях – в генерал-лейтенанты. По окончании войны вернулся к исполнению обязанностей генерал-адъютанта, находился при Александре I во время его кончины в Таганроге. Работал в Следственной комиссии по делу декабристов, в 1826 г. получил титул графа, тогда же стал сенатором.

2. Генерал Шуберт и Военно-топографическое депо.
В целях улучшения производства карт России император Павел I в 1796 г. издал указ об образовании Его Императорского Величества Чертежной, из которой год спустя было образовано Собственное Е. И. В. Депо карт – т.е., по сути, централизованный «архив картографических произведений в целях сохранения государственной и военной тайн». В 1812 г. Депо карт было переименовано в Военно-топографическое депо (ВТД), его подчинили Военному министерству, а с 1816 года оно перешло в ведение Главного штаба. Отделения топографических съемок при ВТД не было, и для их производства назначалось необходимое число офицеров из армии. В 1825 г. управляющим ВТД – а с 1832 г. директором – стал генерал-майор Шуберт.

Портрет Ф.Ф. Шуберта работы Я. Гладыша (1807 год)
Гравюрный портрет генерала Ф.Ф. Шуберта работы Кенедея (1838) – Каталог русских гравированных и литографических портретов, СПб, 1913

Федор Федорович Шуберт = Теодор Фридрих фон Шуберт (1789-1865), сын астронома и академика Федора Ивановича Шуберта (1758-1825). Генеральское звание получил в 1820 г. за боевые заслуги в Отечественной войне. До своего назначения в ВТД Шуберт возглавлял учрежденный по его проекту Корпус военных топографов. В 1827 г. Шуберт становится также начальником Гидрографического депо Главного Морского штаба Е.И.В., и его избирают почетным членом Академии наук. В 1831 г. за отличие по службе он производится в генерал-лейтенанты (в 1845 г. – генерал от инфантерии). В 1830-40-е гг. большое значение приобретает изданная Шубертом на 60 листах специальная десятиверстная карта Западной части России – «карта Шуберта». С его именем также связано создание топографической карты Московской губернии.

К предыдущей части_________К следующей части