Так уж сложилось по судьбе, что три своих последних руководства лыжными походами 6 категории сложности я организовал и провёл на моём любимом Алтае. На его южных и восточных рубежах. Расскажу подробнее о первом и третьем походе, т.к. они связаны единым районом и высшей точкой – г. Найрамдал (4374 м) в массиве Табын-Богдо-Ола (Т-Б-О).

Первый поход мы провели в феврале-марте 2003 года с последующим проходом через Южно- и Северо-Чуйские белки и окончанием на Чуйском тракте. Тогда мы исследовали северо-восточную часть массива по самой его верхней кромке. Но и того, что успели тогда за десять дней кольца, нам хватило с лихвой. Мы взошли на все пять вершин массива, из которых только одна чуть ниже четырех тысяч метров. Но это было с восточной стороны. А рядом, в нескольких километрах через хребет, лежали горы западной стороны этого массива. И это был уже совсем другой Алтай. Та сторона гор действовала на нас магически, притягивая своей красотой, девственной первозданностью необычных вертикальных форм и малой туристской исследованностью. И тогда я по окончании похода дал себе слово вернуться сюда вторично, чтобы, заглянув за этот горизонт, успокоить душу в этом богатстве земных форм и красот. И судьба мне (и моим спутникам) улыбнулась, хотя и суровой мужской улыбкой, судя по погодным условиям похода 2005 года.

в. Найрамдал с ю-з
В походе 2003 года погода на подступах к массиву Т-Б-О испытывала нас сильнейшими ветрами, видимо, проверяя, испугаемся ли мы длительной отсидки в условиях близких к экстремальным (высота 3200 метров, температура -32 градуса и сильный ветер, как в аэродинамической трубе). Но мы вылежали, высидели, поднакопили силушки в процессе такой пассивной акклиматизации и быстро пробежали почти всё, что задумали по ясной погоде. А после на проход ушли в Южно- и Северо-Чуйские белки, где взошли с командой барнаульско-бийских спасателей на пик Иик-ту, 3942 м по маршруту 3Б к.т. Судьба, видимо, оценила силу нашего духа, но слабость разума (если учесть, что мы замахнулись первыми по зиме соединить в одной связке эти три района), и порадовала нас опять. На вершине Иик-ту мы случайно нашли копии записок первовосходителей от 1933 года (команда Абалакова) и записки участников альпсборов от 1937 года. Записки хорошо сохранились после семидесяти лет пребывания в обычной консервной банке. Мы соприкоснулись с историей горовосхождений с большой буквы.

На Чемпионате г. Москва наш поход 2003 года оценили исключительно: нам первым присудили приз памяти Тихомирова как лучшему походу года. Да и сам я, по большому гамбургскому счёту, оцениваю этот сложный поход как самый свой сильный и интересный.

восход солнца под Найрамдалом
Идеей похода 2005 года стала задумка совершить восхождения на все восемь четырёхтысячников в районе массива Т-Б-О. Тем более, что две горы (4068 и 4073), стоящие особняком, привлекали нас особенно. Ещё в начале семидесятых годов на них были сделаны первовосхождения польскими альпинистами, а у россиян пока не сложились с ними спортивные отношения. Хотя команды туляков в своих экспедициях основательно «потоптали» их подножия. Но в спортивном плане это было безуспешно. Пешеходники признали, что здесь требуются серьёзные альпинистские навыки. А у меня как раз редкое сочетание: лыжно-горный уклон в туризме, в соединении с практикой горовосхождений. На сей день в моём активе восемь зимних восхождений на алтайские четырёхтысячники. И я собираюсь продолжить это начинание.

Готовился я к походу загодя. Собрал наибольший по объёму и качеству материал о районе похода. Много консультировался, делился своими материалами со всеми желающими. Участников в группу я подбирал с горным опытом не ниже 5 к.с. или лыжным 6 к.с. С наличием участников для подобного мероприятия были проблемы, так как лыжников с горным уклоном мало не только в Москве, но и по стране, как ни странно. Уж больно неблагодарный это подвид в лыжном туризме. Но группа в шесть человек собралась.

Как не парадоксально это звучит, но последние десять лет мне здоровье не позволяет организовывать и проводить (более или менее успешно) лыжные походы ниже 6 к.с. Более низкие категории действуют на меня расслабляюще, а когда есть настрой на максимум, то откуда и силы берутся. Правда, добавлю: после похода идёт период восстановления сил, который плавно переходит в альпинистский сезон.

Я планировал нитку маршрута по максимуму. Предполагалось осуществить четыре зимних первовосхождения на вершины 4152 и 4192 (это мы сделали) и на вершины 4068 и 4073 (погода не позволила). Предполагалось взойти ещё на четыре четырёхтысячника района, на которых мы были ранее, в походе 2003 года (взошли повторно на 4082 и 4117, а на 4374 и 4027 не позволила взойти белая мгла и сильные ветра). Предполагалось соединить эти вершины первопрохождениями новых перевалов как с западной, так и с восточной стороны массива Т-Б-О. В запасном варианте предполагались отход на север и исследование туристско-альпинистских возможностей в районе высших точек Южно-Чуйских белков.

Начало похода было самым оригинальным во всей моей тридцатилетней спортивной биографии да и во всём лыжном туризме, пожалуй, тоже. На автомашине бийской турфирмы мы приехали на рудник «Тёплый Ключ», откуда планировали начать поход. Там нас хорошо приняли горняки, которые устроили нам сюрприз. Наутро они провезли нас на вагонетке, а потом провели подземными штольнями под хребтом и вывели к началу подходов по плато Укок. Чем сократили дня на два наш вход в район да и существенно облегчили его физически, т.к. выходной вес рюкзаков у нас был под 40 килограмм. В общем, начало было супероригинальным – лыжный спелеотуризм. Нам это очень понравилось, хотя за это удовольствие мы заплатили потерянным ледорубом и массой новых впечатлений, в том числе и от красот подземного царства. Это было особенно запечатлено на фото и видеоматериалах.

Хочется особо отметить доброжелательность и бескорыстное гостеприимство местных жителей, которые помогали нам кровом, теплом и прочими бытовыми и организационными удобствами, коих нам так не хватало в нашем походе. Спасибо им и низкий поклон за их радушие.

утром на лед. Потанина
При выборе варианта захода в район мы воспользовались рекомендациями пешеходных туристов из Уфы. Начиная кольцевой обход массива Т-Б-О с запада на юг, мы первыми прошли новый перевал на ледники западной стороны массива. А затем все проходы и разведки этой стороны нами осуществлялись в режиме зимнего первопрохода. Красота именно этого западного участка поразила нас своей непохожестью на всё ранее виденное на Алтае. Это всё скорее напоминало Памир, Кавказ или Тянь-Шань, только высотой до четырёх километров. А вершины Красавица и Пётр Петрович (Семёнов-Тянь-Шаньский), как их назвал первоисследователь этих мест Сапожников, показали нам, что это объекты альпинистских, а не туристских мероприятий. Настолько это всё грандиозно, красиво и спортивно.

Но погода решила компенсировать нам разыгравшийся спортивный аппетит своей оборотной стороной медали. За неделю до начала нашего маршрута столбик термометра опускался до -50С. К нашему входу в район в начале кольца «потеплело»: было -40С, но кратковременно. Но и этого хватило, чтобы мы «схватили» потёртости ног и легкие обморожения. Всё-таки высота под 4000 метров и недостаток акклиматизации сказывались, как и немалый вес рюкзаков, несмотря на оставленную заброску. Потянулись дни, когда солнце нас почти не радовало своими лучами мы шли узкими ущельями, а потом погода испортилась надолго: потеплело и появилась длительная белая мгла. Наши спальники и палатка не просушивались на солнце и всё более леденели. Печку же с собой мы не брали в связи с отсутствием дров в районе. Сильные ветра, мгла и глубина тропления снега вынуждали нас отказаться от некоторых планов в западной части массива и быстрее перейти на его восточную сторону. А тут ещё случилась приятная оказия: при вынужденной полуднёвке из-за непогоды у двух участников совпали дни рождения (40 и 30 лет) на момент пересечения границ массива с запада на восток. Естественно, перевалу дали название Именинников. Но поскольку погода не налаживалась уже почти неделю, то мы решили «пошаманить». Мы радиально взошли на перевал, коему из подхалимских соображений дали имя Слава Бурхану, пытаясь ублажить таким образом Духа-хранителя этих мест. (Мы регулярно прославляли это местное божество при вечерней релаксации, но без пользы для наших спортивных планов). А тут, видимо, помогло, хотя и не сразу, с некоторым обидным для нас опозданием. Так что пришлось с большим сожалением отказаться от планов восхождений на главную нашу цель – вершины 4073 и 4068. В условиях затянувшейся белой мглы и сильных ветров это было опасно. Хотя температура под -30С для нас уже была не в тягость, слегка «привыкли». Хуже, когда пошла оттепель и упала видимость. Пришлось срочно пересматривать тактику и отказываться от полных проходов перевалов, ограничившись радиальными на них восхождениями.

Лагерь под г. 4152
Но, видимо, Бурхан этой зимой «оберегал» свои любимые вершины. Лично у меня как у давнего мистика сложилось интуитивное впечатление, что нам по указке свыше «открыли» коридор для прохода, а всё, что выходило за его рамки, нам «закрывали» белой мглой или сильными ветрами с холодом. То же было и с мелкими обморожениями, коих было больше обычного. Но нас это не останавливало. Залечивали мы болячки уже дома. А на месте пытались «отвоевать» у Природы малую толику спортивности (не в ущерб безопасности) в этих достаточно суровых условиях.

Начало технической части подъёма на 4152
На восточной части кольца только один день выдалась хорошая погода, когда мы совершили зимнее первопрохождение – траверс горы 4152 (3А к.т.) со спуском на перевал Затылок Найрамдала (так я «окрестил» его в 2003 году).

В полуразрушенном ветрами туре я нашёл свою же нетронутую записку. А на вершине мы любовались просторами западной стороны массива, и вдохновенно строили планы на более глубокое туда спортивное проникновение.

Бездитко на подъёме к в. 4152
В тот же день, используя неожиданно открывшийся нам лимит Госпожи Удачи, мы с южного склона вершины 4374 героически быстро переместились на её северный участок. Совсем по-суворовски. Но без потерь в личном составе. Но Бурхан опять прикрыл нам «халяву» с погодой. На вершину 4192 мы делали первопроход в условиях очень ограниченной видимости и сильного ветра. Достаточно сказать, что на перевале при спуске я опирался (буквально так) на ветер, дующий с западной стороны массива, и ветер «держал» меня. А в это время другая связка от места нашей ночёвки на высоте 3850 метров «сбегала» на соседние вершины - 4082 и 4117. Поиграли в «ёжиков в тумане». Но довольные вернулись обратно. Это был двенадцатый день из двухнедельного запланированного кольца. Ну не хотел нам Бурхан дать погоду, просто беда. Поэтому мы решили, что лучше ослабеть духом, но окрепнуть разумом, и если назавтра не будет погоды для восхождения на вершину 4374, то пора прекращать эти игрища и возвращаться к заброске.

На следующее утро погода подтвердила правильность нашего решения. В белой мгле нам «открыли» малый коридор прохода домой через перевал высотой 3750 метров. А попутный ветер в спину добавил нам необходимого ускорения. Да так, что на вершину 4027 с перевала взлетать как на крыльях уже и не хотелось. Удержаться бы при таком ветре на кошках при спуске по обширным ледовым полям и то хорошо. Какие уж здесь восхождения…

После заслуженного (и приятного своей расслабухой) отдыха-днёвки у гостеприимных скотоводов мы начали отход на север. То есть по рекам мы стали пытаться набирать требующийся для похода шестой категории сложности километраж. В тринадцатидневном кольце мы на протяжении более семидесяти километров жили на высотах свыше трёх километров.

Пер. Именинников и г. 4073
Мы совершили четырнадцать первопрохождений от н/к до 3А к.т., два траверса, пять связок, семь перевалов мы прошли насквозь, радиально взошли на 3 перевала, взошли на четыре четырёхтысячника из восьми планировавшихся. Так что малый километраж нашего лыжного горного похода компенсировался его повышенной технической сложностью, что особо оговаривалось ещё дома. Сделали бы мы и ещё больше, но глубокий снег в высокогорье и непогода нас «охладили» в спортивном плане. Наверное, это и правильно. У меня как у давнего эзотерика сложилось твёрдое мнение, что лимит Удачи по Судьбе не стоит превышать ради спортивных достижений. Объяснить это на словах непосвящённому трудно, а мистик и без слов поймёт, так как знает это сущностно. Это приходит с опытом и жизненной мудростью. И досрочно такой багаж знаний на тебя не свалится как «подарок» Судьбы. Всему своё время.

На выходе из района мы решили не идти по проторенной тысячами овец тропе вдоль рек к посёлку Джазатор. Мы ушли в урочище Карабулак, где по зиме первопрошли одноимённый перевал, с которого в последний раз бросили печальный и прощальный взгляд на суровый, но так полюбившийся нам массив Т-Б-О и поприветствовали стоящие на горизонте более гостеприимные горы Южно-Чуйских белков. Но и здесь нам Бурхан не дал расслабиться. Спускаясь по ущелью на одном участке длинной в шесть километров, мы затратили четыре часа на преодоление всяческих буреломов. Вот такая оборотная сторона хождения мимо нахоженных троп.

Зато выезжали на частном транспорте из посёлка Джазатор, где мы закончили на двадцать третий день наш маршрут, достаточно быстро. Как и из посёлка Кош-Агач - в город Горно-Алтайск, далее в Барнаул и в Новосибирск, где благополучно и пересели на железнодорожный транспорт. Дома мы были к началу празднования восьмого марта, со всеми вытекающими для организма последствиями.

Так закончился наш поход. Ещё одна моя мечта реализовалась, за что я благодарен Судьбе, своим спутникам-друзьям и многим другим обстоятельствам. Надеюсь, что впереди ещё две мечты о лыжных походах, но уже по территории Монгольского Алтая. Но это уже тема других рассказов о других путях-дорогах.

В заключение рассказа традиционно прошу у Судьбы для всех путников-горовосходителей дополнительных лимитов на Удачу без ограничений.

Послесловие. По итогам Чемпионата РФ по туризму за 2004 г. группе под руководством Бездитко С. за поход 2003 г. присвоено 1-е место, за поход 2004 г. присвоено 4-е место.