MOUNTAIN.RU - Всё о горах. Альпинизм, Скалолазание, Ледолазание, Вне трасс, Сноубординг, Туризм

От редакции: В этом году впервые мы отмечаем попытку восхождения. После трагических событий последних лет, когда в горах один за другим оставались сильнейшие альпинисты России, следить за ходом экспедиции было особенно тревожно. Мы были с ребятами на связи, переживали за них и верили, а когда произошла трагедия на Дхаулагири, даже рассматривали вариант их участия в спасах.
: Принять решение о спуске непросто, особенно, когда вершина рядом, когда вложено много сил, времени и денег, когда спонсоры ждут результата, когда хочется идти вперёд, и погода звенит, но вы начинаете спуск. Вы начинаете спуск, потому что это разумно, безопасно и правильно.
: Потому что вы должны вернуться домой живыми. Потому что вас ждут.
: Спасибо вам за этот пример. Chapeau! Снимаем шляпу!

Выбор объекта и мотивация

Я уже писал ранее, мое отношение к выбору объекта на очередной сезон базируется прежде всего на принципе развития нашей команды. Мы имеем в запасе достаточно неплохой опыт технических восхождений на невысокие горы (до 6200), богатый опыт семитысячников. В 2022 году наша команда совершила восхождение на Манаслу, то есть пощупали, что такое эти магические 8000м. Оказалось, ничего магического, это как 7000 м, только выше. Мы много обсуждали разные маршруты на восьмитысячники и многие из них отметали, т.к. на них присутствуют серьезные технические трудности на высотах выше 7500. Не имея достаточного опыта, соваться туда в альпийском стиле мы считали слишком рискованным. Поэтому хотелось выбрать такой маршрут, где мы можем получить этот самый опыт технической работы на высоте 7500-8000 относительно безопасно. Важно, чтобы при этом были пути отступления, если что-то пойдет не так. Поэтому прежде, чем планировать что-то интересное в современном стиле мне казалось, что нам надо пройти 2 этапа подготовки: получить опыт технической работы на 7500-8000, все равно в каком стиле, и далее получить опыт неклассического маршрута в альпийском стиле. Здесь изложено только мое мнение, другие члены команды мыслят иначе.
При выборе объекта мы учитывали следующие вещи:

Стоимость. На момент планирования и вплоть до выезда мы рассчитывали только на свои средства и некоторое финансирование от ростовского министерства спорта (уже находясь в Катманду мы получили приятнейшие известия о получении спонсорской помощи от компании «Новое Содружество»). Поэтому, мы должны были выбрать «недорогую» гору. Цена на восьмитысячники в Непале разная. Из-за того, что Гокио – популярный район у туристов, туда относительно недорого заброситься и жить в лоджии. Не с каждой горой такое возможно.

Осенний сезон. В Непале два сезона для восхождений – весна и осень. Весной подготовиться и организовать экспедицию мы не были готовы, слишком мало времени прошло после возвращения с прошлой. Кроме того, у Виталика уже были планы по работе, а у Кирилла случилась травма. Но и пропускать сезон совершенно не годилось. Мы должны были выбирать объект, где приемлемо совершать восхождение осенью. Осенний период отсекал часть вариантов. Чо-Ойю подходило. Российская экспедиция 1991 года проходила именно в осенний период, мы были в 2023 году тоже осенью – уже понимали, что нас ждет. Да, сильные ветра, короткий световой день, но работать можно. Зато обычно сухая погода и мало осадков.

Информация о районе и маршруте. Мы уже были здесь, знали район, работали на этой горе и имели представление о рельефе. Про маршрут по восточному гребню нам было с кем подробно консультироваться, а это очень важно. Одно дело идти на маршрут не обладая информацией, совсем другое знать, что тебя на нем ждет!

Безопасность. Я помешан на безопасности, возможно излишне. Красная линия допустимого риска у меня находится низко. Будь я понаглее, возможно и спортивных успехов было бы побольше, но какой есть. Понимание гималайских больших гор и стенных маршрутов пока у нас хромает. Смотря на стену Чо-Ойю, мне было непонятно насколько существующие маршруты по ней опасны. На ней проложено 3 маршрута: сложнейший маршрут Урубко-Дедешко мы не рассматривали, это чересчур. Оставались австрийский и польский маршруты. В прошлом году мы не нашли времени прогуляться в эту сторону и понаблюдать за стеной вблизи, издалека непонятно падает там или нет. Польский маршрут в нижней части проходит по скалам, их состояние изменилось и выглядели они не очень. Сейчас уже понятно, что выйти на нитку маршрута можно выше, через правый ледопад и «подушку» по которой идет российский маршрут. Австрийский маршрут в средней части вызывал вопросы в плане безопасности. Короче, прежде чем решиться идти один из них нужно было приехать и только на месте оценить состояние. Кроме того, надо было где-то получить акклиматизацию как минимум до 7300-7500, шляться по стене вверх-вниз категорически не хотелось.

Спуск. Чертовски важно, что простого спуска с Чо-Ойю в Непал нет. Какой маршрут ни выбери, спускаться нужно будет по пути подъема. При этом рельеф не такой простой, потребуется достаточно большое количество дюльферов. Страховку можно сделать, только зарыв что-то в снег, а это значит надо тащить много снаряжения для этих целей.

Мои принципы. Тут изложено только мое частное мнение о том, что такое «хорошо», а что такое «плохо». В данный момент времени. Принципы очень просты:

- В спортивном альпинизме недопустимо использовать дополнительный кислород. Это допинг, равного которому нет в других видах спорта.
: - Состав команды должен быть не более 6 человек. В этом случае это все еще одна группа, а значит нет конкуренции, меньше конфликтных ситуаций, нервов и сложностей в организации и т.д и т.п. Я имел опыт участия в большом проекте с большим количеством людей и понял, что это не мой формат.
: - Очень важны люди и взаимопонимание в команде. Особенно на высоте, когда вы долгое время находитесь в замкнутом коллективе в экстремальных условиях. Не стоит ходить с людьми малознакомыми или теми, с кем у вас «не контакт». Возможно, здесь у меня тоже перебор...
: - Стиль восхождения важен. Спортивный стиль – альпийский, к нему надо стремиться.
: - По возможности leave no trace.

Выше я описал, наверное, все важные моменты, которые двигали мной при выборе маршрута. Мне важно проговорить это открыто и подробно, потому что даже от близких людей я слышу вопросы: почему мы выбрали такой объект, не очень-то подходящий для команды из четырех человек. Учитывая все вышесказанное, вариантов было, мягко говоря, немного. При выборе маршрута по Восточному гребню на Чо-Ойю мы прекрасно осознавали, что он очень длинный, с серьезными трудностями на 8000 м. Зато и достаточно безопасной, чтобы долгое время на нем находиться, в том числе, в непогоду. По остальным критериям маршрут тоже более-менее подходил.

Мы также не ставили цели победить в каких бы то ни было соревнованиях или конкурсах. Для этой цели повторение маршрута в несовременном гималайском стиле, конечно, не годилось бы. У каждого из нас различные внутренние представления о самореализации в альпинизме, но они напрямую не связаны с медалями и победами в конкурсах, это приятный бонус, но не самоцель.
Хронология и описание событий экспедиций

В этот раз мы приехали в Непал чуть пораньше, чтобы еще в период муссонов начать акклиматизацию и как можно раньше идти на штурм, т.к. ветра усиливаются, а сильный ветер - одна из главных проблем. До конца сентября в Непале все еще период муссонов (официально период муссонов заканчивается 2 октября) и в конце бывает период особенно плохой погоды. В этом году 25-28 сентября прошел безумный снегопад - в Гокио выпало неимоверное количество снега, в Катманду и окрестностях случились крупнейшие наводнения с более чем сотней погибших.

Снегопад сразу же сбил наши планы по меньшей мере дней на десять, и его последствия мы ощущали всю экспедицию – лавиноопасные склоны, трата сил на тропежку. Сильно усложнился переход до передового лагеря (ABC) из Гокио. Мы стартовали ночью, чтобы хотя бы часть пройти по твердому фирну, но все равно не успевали дойти до момента, когда снег раскисал и движение сильно затруднялось. Когда Кирилл с Виталиком пришли на место нашего ABC они долго искали палатку по косвенным приметам, саму палатку затрамбовало тонной мокрого снега. Как они ее смогли реанимировать, до сих пор не понимаю. В тамбуре палатки лежали кошки, вес снега был настолько велик, что тупые кошки проткнули палатку в этом месте.

Первая трудность, с которой мы столкнулись на маршруте был ледопад. Конечно его состояние сильно изменилось за более чем 30 лет и там, где шла российская команда, сейчас идти не хотелось. Пару раз мы выбирали неверный путь и возвращались, искали другой вариант. Но в целом все получилось нормально. Наличие дрона сэкономило бы нам пару дней. Поскольку мы ходили взад-вперед по ледопаду несколько раз, была проблема с закреплением веревок. Все вытаивает и очень быстро. Каждый раз на спуске мы заново делали проушины и закапывали их в сугроб, чтобы они не вытаяли к нашему возвращению. Веревки были все срощены друг с другом – если бы какая-то проушина сломалась, нагрузка бы перешла на веревку выше. Самая верхняя точка – снежный якорь и следом дэдмен. Но вся эта возня отбирала время и силы и на спуске, и на подъеме. В последний выход состояние проушин оказалось критичным. Под первым они не сломались, но откровенно говоря некоторые держались на соплях. Конечно, в этом смысле гималайский стиль добавляет определенных опасностей, которых нет в альпийском…

По опыту 2023 года мы понимали, что нужно рыть пещеры по маршруту в местах, соответствующих дневному переходу. Не жалеть время и сил и обязательно рыть! Так мы и сделали и ни разу не пожалели. Это позволило не таскать палатку вверх-вниз, более комфортно жить и оставлять какие-то заброски. Не обошлось без косяков (наш фирменный стиль!). Неудачно выбрали место для пещеры на 6100, при выходе на «подушку». Здесь уже полого и очевидных мест для пещеры не было. В итоге выбрали слишком пологий участок и в пещере получился тонкий потолок. Это привело к тому, что под воздействием солнца вся пещера со временем покрылась льдом. Когда мы приходили и начинали дышать и, тем более, зажигали горелку, с потолка текло. Кроме того, потолок просел, и поднять его уже не было возможности, т.к. снега мало. Тем не менее, жить в пещере можно было.

Второй проблемой оказались галки. Гадкие высокогорные галки. Они выследили нас и вывернули наизнанку всю нашу заброску – раскидали мусор, открыли все пакеты, в том числе с оставленными пуховыми вещами. Удивительно, что ничего не порвали! Это крылатые гадины кружили и на 7100 и на 7500, но наученные горьким опытом в дальнейшем запечатывали вход и не оставляли им шансов. В общем, уделали этих пернатых. Оно и не удивительно, мы все-таки венец эволюции!

Еще одной важной проблемой, которую мы никак не ожидали, оказалась жара! Да, осенью до высоты 7300 было страшно жарко днем. Причем смена состояния от очень холодно до очень жарко происходила очень быстро. Пуховый комбинезон сменялся на термобелье (у нас были флисовые комбинезоны). Голову пекло все равно, работоспособность днем сильно падала, вместо положенных по графику 10 минут отдыха на привале мы отдыхали гораздо дольше.

Самый фиговый и неудачный у нас получился третий выход. Мы нормально дошли до пещеры на 7100, дальше пошли по боковому гребню, но уткнулись сначала в крутую стенку, которую нужно было проходить со страховкой, а потом в узкий гребень, где тоже требовались бы перила.

Экономя веревки и ища более безопасный путь, мы вернулись назад и нашли спуск на дальнее плато. Сбросили около 150 метров, это был самый противный участок на обратном пути, когда уставшим в конце дня перед желанной пещерой надо было переть вверх. Мы потратили лишний день на этот маневр. За следующий день добрались примерно до 7300 – последнее пологое место, удобное для палатки перед снежно-ледовым склоном, выводящим на основной гребень. Здесь нашли следы старой экспедиции – стальной уголок и огрызок веревки, торчащие из серака. Тут загнездились и вешали веревки вверх. С этого дня началась непогода, не то чтобы сильная, но противная.

Во-первых, не было видимости, что конечно тормозило и, во-вторых, свежий снег и ветер с гребня засыпал следы, и нам приходилось тратить много сил, чтобы откопать веревки и заново пробить тропу. Кроме того, меня приштырило высотой, и я не выполнял полезной работы по продвижению вверх, что ослабило наш и без того немногочисленный коллектив.

В результате, несмотря на то, что мы удлинили выход на день, мы не выполнили план и не смогли дойти до основного гребня (~7850-7900), остановились примерно на 7650-7700, а палатка стояла на 7300. Именно это отклонение от плана, на мой взгляд, оказалось критичным и снизило шанс на вершину практически до нуля. Если бы здесь мы смогли доработать до гребня и оставить там заброску в виде палатки и снаряжения, то в финальный выход мы сэкономили бы три дня и уйму сил. Это увеличило бы шансы на вершину на порядок. Задерживаться еще не было никакой возможности, т.к. газ был на исходе и меня давило высотой. Спуск в этот выход был жестким!

На 7100 мы встали, как обычно, около трёх ночи, газ предсказуемо кончился утром. Спускались не быстро, по мере физических возможностей. Замедляла возня с веревками. Отдохнули, переоделись, перекусили в пещере на 6100. Там мы с Серегой поменялись ролями, меня уже совсем отпустило, а его внезапно накрыло неведомой хворью – резко пропали силы, по-видимому, поднялась температура.

Скорость передвижения снизилась, спускались долго, в ABC пришли уже ночью. Но зато здесь был настоящий рай! Самый вкусный в мире чай! Да еще и с заваркой! Великолепнейшие пол бич-пакета! И конечно самый сладкий из возможных снов. Мы поспали всего три часа, но какой же это был кайф! С утра нас разбудил не холод и не будильник, а жаркое солнце!
Штурмовой выход

По плану он должен был занять 13 дней из Гокио и обратно + день запасной. Вес экономили, веревок из базы не брали, заносить новые смысла уже не было. Сняли верхние провешенные веревки в количестве, требуемом для работы дальше.

Чувствовалось утомление, накопленное за экспедицию, сказывалась потеря веса. Тем не менее, настроились на успех и пошли. Настраивались с помощью заначки из двух бутылок пива на закате на берегу озера. До оставленной палатки на 7300 дошли около 12:00 на четвертый день, оставалось еще время и сделали заброску барахла выше.

Было понятно, что нам нужно минимизировать хождение вверх-вниз, поэтому планировали по возможности переносить лагерь каждый день выше. В пятый день поднялись по провешенным веревкам примерно до 7600 и обработали выше еще веревок 6, а парни тем временем вырыли пещеру. Там было не самое хорошее место для установки палатки, наверху перед гребнем большой серак и если бы с него что-то упало, то летело бы как раз в сторону палатки. Поэтому хотелось зарыться вглубь и обезопасить себя. Весь следующий 6-й день потратили на прохождение крутого ледового участка и перенос барахла на гребень. Наградой нам были умопомрачительные виды во все четыре стороны и прекрасная погода.

Мы понимали, что с этой точки пройти за день провал нет шансов и опять же, чтобы сократить хождение туда-сюда, мы планировали переставить палатку как можно ближе к провалу и обработать сколько получится. По гребню путь вначале лежал вниз до седловины, дальше на гребень был достаточно крутой подъем, и мы выбрали путь справа по склону на стороне Тибета. Пройдя примерно минут 40 или час от ночевки, мы увидели дальше крутой склон, выводящий на узкий гребень перед провалом.

Было ясно, что палатку там ставить негде. Двойка разбила лагерь, а вторая двойка поднялась до гребня, провесила веревку по крутому снежному склону и далее веревку по узкому гребню к провалу, наметили путь к спуску в провал, но повесить туда веревки не успели. Так закончился седьмой день выхода. Если бы мы выполнили план прошлого выхода, то здесь мы бы оказались на четвёртый день и с намного более свежими силами!

В восьмой день предстояла тяжелая работа: двойка Кирилл-Сергей идет с утра вешать веревки в провале, мы с Виталиком собираем лагерь и ждем команды. Если парни понимают, что успевают пройти скалы, то мы идем к ним и переносим лагерь за провал, откуда уже возможен штурм вершины.

В 12 по связи парни передали оптимистичные новости, мол, успеем, выходите. Но когда мы уже собрали весь лагерь и стояли в полном обмундировании, связались еще раз, наверху погода испортилась, и парни замедлились. Стало ясно, что сегодня никак не успеваем пройти скалы.

Мы поставили палатку назад и провели здесь еще одну ночь. С обеда пошел снег (снова вопреки прогнозу), он засыпал следы, пропала видимость. Было волнительно за парней, как они спустятся, ведь склон неприятный – довольно крутой фирн, сверху присыпанный свежим снегом, легко оступиться, особенно после тяжелого дня работы. Но все прошло нормально.

В итоге, удалось провесить спуск в провал – полная веревка отвеса, даже с нависанием до узкой перемычки. Дюльфер организовали со снега. С перемычки единственный вариант – двигаться траверсом и даже со спусками по вертикальным скалам в сторону снежных полок. Хорошо, что здесь висели ошметки старых веревок, что помогало с ориентированием.

Участок очень трудный. Лезть в пуховых варежках не представлялось возможным из-за сложности скал, а ИТОшить не удавалось из-за очень разрушенного рельефа. Поэтому Кирилл шел лазанием в перчатках. Как раз при прохождении этого участка пошел сильный снег.

«Провал» – удивительно место, слева Непал, куда стена обрывается отвесными с нависанием скалами, справа – Тибет с почти такой же отвесной скалой. Обойти скалы снизу нереально, они уходят крутыми стенами вниз на многие сотни метров. То есть в этой части гора представляет собой узкую скальную пилу.

Вечером в палатке и потом рано утром мы долго обсуждали сложившееся положение. Уже в палатке выяснилось, что Кирилл не уследил за пальцами рук и поморозил их. Вроде ничего критичного, видно было, что все должно восстановиться (если конечно не усугубить…).

К этому времени мы уже шестой день находились выше 7000, ничего критичного в самочувствии ни у кого не было, но с каждым днем сил становилось все меньше.

Прохождение провала является переломной точкой маршрута, т.к. возвращение обратно требует больших сил, быстро сбросить высоту не получится – на обратном пути подъем по вертикальным перилам на 8000…

План на следующий день представлялся авантюрным. Единственный шанс состоял в том, чтобы с утра собрать лагерь и работать через провал до победного, пока не достигнем перемычки, где можно поставить палатку. Нужно было пройти примерно две веревки по скалам и далее две-три по крутому снегу. Дальше градус скалы уменьшался, казалось, что пойдем быстрее, но, конечно, о быстрой работе и речи не шло.

Стартовать по темноте не представлялось возможным – холодно. Несмотря на то, что одежда и ботинки у нас были отличными, но от долгого пребывания на высоте пальцы на руках и ногах мерзли.

По самым нашим оптимистичным оценкам начать работу первый мог только около 13:00, а достигнуть места под ночевку мы могли не ранее 20:00, это по меньшей мере два с половиной часа по темноте. А если учесть любое отягчающее обстоятельство – снегопад или плохое состояние рельефа или усиление ветра, то конечно, еще позже.

На мой взгляд риски получить обморожения были неприемлемо велики. Ну и в довершении мы совершили грубую ошибку, когда считали количество газа на выход. Нам пришлось докупать два баллона в Гокио, и оказалось, что они неполные, в итоге, газа хватало впритык.

Тем не менее, очень не хотелось сдаваться, и мы искали хоть какой-то вариант, пусть и призрачный. Разделиться? Обработать еще день и попробовать штурм отсюда? Но быстро поняли, что никаких вариантов нет, и мы обязаны спускаться.

Прикинули, что осталось наверху в провале из снаряжения, сколько это все стоит, и приняли решение день потратить на то, чтобы сходить и забрать его. Виталя, как самый бодрый из всех, сделал это, остальные трое балбесничали в палатке. Три дня, что мы работали на гребне, нам очень повезло с ветром – он был слабее наших самых оптимистичных прогнозов. На четвёртый день ветер показал свою мощь, но к счастью, это было уже на обратном пути…
Итоги

Подводя итоги, безумно жаль, что мы не достигли цели. Если бы не огромная поддержка следивших за нашей экспедицией неравнодушных людей, было бы намного труднее смириться с очередным поражением. Особенно приятно было получить добрые слова от участников экспедиции 1991 года!

Но хочется сконцентрироваться на позитиве!

Вершина была очень близко. Измени немного обстоятельства – убери непогоду вначале или на третьем выходе, и мы очень вероятно, что смогли бы достичь ее! Можно уверенно сказать, что маршрут проходим малой группой. Мы проделали очень большую работу и научились жить и работать долго на такой высоте. Узнали намного больше о своих возможностях и о том, что происходит с организмом от длительного нахождения на высоте. Поняли, что ничего сверхъестественного. До границ своих возможностей мы к счастью не добрались (и надеюсь, не доберемся).

В этот раз было намного лучше со здоровьем – обошлось без сильного кашля, как в прошлом году, никто всерьез не заболел. Надо сказать, мы заботились об этом и старались как можно меньше контактировать с другими людьми в лоджии. Отметили проблемы со снаряжением и недоработки в одежде, ошибки при формировании аптеки и недостаток подготовки.

Я считаю, что наша команда прошла очередной этап подготовки и можно двигаться вперед. Сейчас мы изучаем объекты, подбираем варианты на следующий сезон. У нас стало намного больше понимания своих возможностей и добавилось уверенности в своих силах. Двигаемся дальше!
Благодарности

Мы очень благодарны А.Г. Погорелову за подробнейшие консультации, прежде всего по провалу, А.Н. Яковенко за его дневник экспедиции, он оказался наиболее точным источником информации, т.к. писался непосредственно в дни событий по свежей памяти, и благодарны всем остальным участникам той экспедиции, которые нас консультировали (В.Н. Першин, Н.Н, Захаров, С.Г. Богомолов и др.).

Спасибо компании-производителю спортивной одежды «O3 Ozone» за многолетнюю поддержку нашей команды, компании «Bask» за надежные и теплые пуховые комбинезоны, рюкзаки и пуховки, предоставленные нам в прошлом году.

Выражаем огромную благодарность компании «Новое Содружество» и Константину Анатольевичу Бабкину за поддержку нашей экспедиции! Финансовая поддержка получена также от министерства спорта Ростовской области.