Эмилио Комичи. Первый итальянец, совершивший восхождение 6 категории трудности UIAA. Популяризатор ИТО. Ввел в скалолазание и альпинизм принцип direttissima: маршрут восхождения был похож на падающую каплю воды. Автор искусственного скалодрома.
Данная биография составлена на основе перевода книги Дэвида Смарта «Эмилио Комичи. Ангел Доломитовых Альп».

Полное имя Леонардо Эмилио Комичи. Мать Регина была родом из Вероны, отец Антонио – корабельный мастер. Помимо Эмилио в семье также подрастало еще двое детей: брат Гастон и сестра Лючия. В 1922 году Лючия в возрасте 14 лет умерла от опухоли головного мозга. Эмилио тяжело воспринял эту утрату, из-за чего даже всю жизнь вел негласную вендетту со смертью. Он хотел оставить после себя наследие, которое сможет надолго пережить его.

Также огромное влияние на формирование его личности произвели те исторические события, которые происходили в его родном городе Триест в период его юности и взросления.
Политическая обстановка в Триесте
 Триест 500 лет (с конца 14 века) принадлежал Австрии-Венгрии и был одним из крупнейших морских портов империи. Когда началась Первая мировая война (получившая в Италии название Великой войны), Италия сначала примкнула к союзу Австрии и Венгрии. Но в мае 1915 года Италия отказалась от этого союза и объявила войну Австрии, чтобы вернуть свои этнические итальянские земли. Австрийцы в ответ на это заминировали гавань, чтобы не допустить там высадки британского десанта, который мог поддержать итальянцев. В городе начали подавлять любые восстания. Итальянцев, призванных в армию, начали отправлять подальше на Русский фронт, чтобы они не дезертировали из армии из-за необходимости биться со своими. На протяжении большей части конфликта австрийцы сдерживали итальянцев в 30 километрах к западу от Триеста, в Дуино.

Ожесточенные бои развернулись также в Доломитовых Альпах, где через ледники, высокие перевалы и скальные стены развернулся Альпийский фронт. Обе стороны взрывали горные вершины, прокладывали тропы взрывчаткой, обстреливали вершины из пулеметов и заполняли долины ядовитым газом. В один день в 1916 году, позже известный как «Белая пятница», 2000 солдат с обеих сторон вместе взятых погибли в результате схода лавин. Хотя война закончилась победой Италии, 600 000 итальянцев погибли и еще миллион были ранены.

Борьба за независимость города и страны, разворачивавшаяся на глазах Эмилио, впоследствии привела к особой любви к армии и к желанию самому стать национальным героем.
Юность Эмилио
 В подростковом возрасте Эмилио мало походил на того статного скалолаза, каким запомнился на фотографиях. Он был пухлым, болезненным, медленно взрослел и был склонен к меланхолии.

В 15 лет он бросил школу и стал младшим клерком в портовом управлении Магазини Дженерале. В 1916 году он вступил в Триестское гимнастическое общество, где проводились занятия по гимнастике, легкой атлетике и давались силовые упражнения. Через год пребывания в обществе Эмилио похудел и стал более похож на своего отца. Позже свою физическую форму юноша поддерживал за счет подтягивания бесшумных счетных машин в порту во время часов простоя на работе.

После службы в армии в качестве радиотелеграфиста Эмилио вступил в новую молодёжную организацию в Триесте XXX Ottobre. Одним из направлений деятельности организации была спелеология.
Увлечение спелеологией
 Члены общества XXX Ottobre по выходным собирались в местечке Карсо, где разбивали лагерь и исследовали пещеры. Однако отсутствие необходимого оборудования, в первую очередь лестниц и веревок, сильно ограничивало круг исследуемых пещер. После того, как Эмилио и его друзья достигли глубины 270 метров в гроте деи Пини, юноша понял, что без оборудования достиг своего предела. В информационном бюллетене общества он выступил с инициативой пожертвовать личные средства на покупку стремянок, веревок, крюков, молотков и т.д. Эта инициатива позволила исследовать пещеры, к которым вели длинные вертикальные спуски. Эмилио регулярно освещал эти экспедиции и вскоре к ним присоединились опытные спелеологи.

Со временем исследование пещер переросло в чисто спортивный интерес попасть подальше и поглубже. Эмилио лелеял мечты поставить рекорды, и в 1924 году ему представился такой шанс. Он стал членом команды, которая должна была поставить новый рекорд глубины в пещере Бус-де-ла-Лум. Текущий рекорд был поставлен в 1902 году Луиджи Марсоном и составлял 450 метров. Команда в течение суток без перерыва спускалась вниз и на месте предполагаемого рекорда Марсона с помощью современного оборудования обнаружила, что глубина составляла 225 метров – всего лишь половину. Спелеологи не были экипированы и морально готовы для дальнейшего продвижения вниз и начали медленный подъем наверх. Как гласит легенда, прямо от пещеры Эмилио направился к вершине Симон-дель-Кавалло, где решил посвятить себя скалолазанию.

Однако окончательное разочарование в спелеологии постигло Эмилио в 1925 году. Он стал членом операции по спасению спелеологов, загнанных внезапным ливнем в глубины пещеры Распо. После двухдневных попыток спасатели достигли края стометрового водопада, расположенного выше того места, где, по их мнению, жертвы оказались в ловушке. Комичи, страхуемый партнером, спустился по веревке вниз, насколько мог, и кинул жертвам рюкзак с едой. Но дальше они ничем не могли им помочь. Была организована вторая спасательная операция, в ходе которой удалось спасти только двух человек. Это спасение было признано одним из самых технически сложных в истории спелеологии, а лидеры двух спасательных операций получили серебряные медали за гражданскую доблесть. Эмилио обидело, что его оставили без внимания, и он навсегда покинул спелеологию.
Путь к карьере горного гида
 В 1924 году Эмилио познакомился с Юлианским альпийским обществом – центром альпинизма в Триесте. Здесь его учителями стали представители полярных школ альпинизма: сторонник «чистого стиля» Джулиус Куги и Альберт Занутти, последователь Ханса Дюльфера. Задачей этого общества было восхождение на недавно освобожденные от австрийского влияния итальянские вершины.
Ситуация в итальянском альпинизме в 1920-е-начало 1930-х годов
 В 1920-е годы немецкие и австрийские альпинисты доминировали в Доломитовых Альпах. Именно им принадлежали восхождения по маршрутам 6 категории сложности – самым сложным на тот момент. Данный факт бросал тень неполноценности на итальянских альпинистов, которые не смогли отстоять честь своей страны в своих же горах.

В 1931 году Анджело Манасери провел для 3000 членов Итальянского альпийского клуба собрание, на котором призвал итальянских альпинистов перестать препираться по поводу восхождений и объединить свои усилия. Альпинизм из комфортного занятия на свежем воздухе для состоятельных людей должен был стать мужественным, антиаристократическим и стремящимся к победе видом спорта.

Перед итальянцами встала непростая задача догнать Немецкий альпийский клуб с его 240 000 членов, 440 секциями, 625 хижинами.

Несмотря на такие заявления, поддержка альпинизма была скорее идеологической, нежели финансовой. Финансовая помощь направлялась на развитие футбола и велогонок.

Для того, чтобы оттачивать свои навыки в скалолазании, Эмилио и его друзья основали «Группу скалолазания и катания на лыжах» (сокращенно GARs). Их тренировочным полигоном стала долина Валь Розандра недалеко от границы со Словенией. Из-за наличия постоянной работы в Триесте Эмилио мог тренироваться только по выходным, и вскоре он начал понимать, что прогрессирует значительно медленнее, чем ему хотелось бы. У Комичи впервые появились мысли о том, чтобы бросить работу и переехать в Доломитовые Альпы, чтобы совмещать работу гидом с прохождением новых маршрутов.

В 1926 году Комичи провел свой первый активный альпинистский сезон. Свои отчеты о восхождениях он предоставлял для публикации журналу Ривиста Менсиле. Благодаря этим публикациям и контактам Джулиуса Куги в мире скалолазания известность Эмилио возрастала.

В 1929 году Эмилио Комичи был назначен директором неофициальной скалолазной школы GARs в Валь Розандре. Инструкторы школы, включая самого Эмилио, должны были обучить желающих итальянскому способу лазания с помощью крюков и ИТО. Школа работала только по выходным. Обучение происходило на шести различных станциях, соответствующих определенному уровню сложности. Позже с подачи политического лидера Итальянского альпийского клуба Анджело Манасери школа в Валь Розандре получила звание Национальной школы альпинизма. Однако изменение статуса школы не улучшило условий жизни Эмилио, и он по-прежнему стремился стать горным гидом.

В 1931 году Эмилио Комичи осуществил свою мечту: покинул Триест и уехал в Доломитовые Альпы в город Кортина д’Ампеццо. Так как он приехал в горы зимой, то в зимний период проработал как инструктор по горным лыжам (познакомился с ними в 1929 году).
Горные гиды в Италии
Представления Эмилио о гидской работе отличались от реальности. Гидирование было сезонной работой, а гидами были жители гор, которые в период отсутствия клиентов занимались сельским хозяйством, строительством дорог и добычей полезных ископаемых. В отличие от городских жителей они были более сложными и замкнутыми, и у них существовала своего рода преемственность – альпийская родословная. Представители гидских кланов конкурировали друг с другом за бизнес, что выражалось в том, что они делили между собой населенные пункты, в которых могли искать себе клиентов. Но в период чрезвычайной ситуации или дефицита они всегда объединялись.

В рамках страны профессия гида расценивалась как опасная должность, подходящая для необразованных мужчин из бедных альпийских регионов. Жителей гор ценили за силу и сердечность, но считали менее «умной породой» по сравнению с другими итальянцами.

В такую среду попал городской житель Эмилио. Он надеялся, что его альпинистские навыки и стремление смогут компенсировать отсутствие альпинистской родословной и поставить его в один ряд с местными жителями. Но кортинези восприняли его настороженно и даже несколько недружелюбно. Во-первых, они с подозрением относились к его желанию прокладывать новые маршруты. Во-вторых, они опасались, что он переманит клиентов из города, которые знали его по прессе. И, в-третьих, у них сильно отличался подход к преподаванию скалолазания. У гидов это было сродни обучению тайному ремеслу, в то время как Эмилио преподавал скалолазание как набор навыков для широкого круга интересующихся.

Это неприятие в итоге закончилось тем, что в первую зиму гидской работы Эмилио загорелась хижина, и в результате пожара он потерял большую часть своего снаряжения. В качестве возможной причины пожара как раз предполагали поджог. К тому же некоторые гиды пытались найти клиентов на территории Эмилио.

В итоге в 1932 году из-за враждебного отношения местных гидов Эмилио переехал к озеру Мизурина в 15 км от города, где продолжил свою гидскую работу.

1933 год ознаменован восхождением на северный склон Чима-Гранде.
Северный склон Чима-Гранде
 Эмилио мечтал покорить эту стену с 1925 года, как впервые увидел ее. До того момента, как он предпринял свою первую попытку покорить ее в 1932 году, стену уже неоднократно штурмовали. Партнером по восхождению у Эмилио стал его давний знакомый из Триеста Ренато Занутти. Они взобрались на стену на 30 метров выше предыдущего рекорда, но дальше не смогли продолжить восхождение.

Следующую попытку Эмилио предпринял в 1933 году. Ввиду отсутствия у него партнера или команды для восхождения он был вынужден создать союз с горными гидами из Кортины – братьями Джузеппе и Анджело Димаи. Этот союз был взаимовыгодным, но не слишком приятным для обоих. С одной стороны, Димаи претендовали на звание лучших альпинистов Италии, защищали честь своей деревни и профессии перед лицом растущего числа любителей альпинизма. Но гидская этика обязывала брать их в партнеры для восхождения менее квалифицированных собратьев по ремеслу, что могло сказаться на успехе попытки. С другой стороны, Эмилио тоже предпочитал альпинистов из своего родного города и предпочитал набирать сильную команду, но предполагал, что у него могут возникнуть проблемы политического характера, если он пойдет на восхождение без местного гида.

Взаимные разногласия чуть было не привели к срыву попытки, но в итоге братья Димаи и Эмилио совершили это восхождение. Оно получило освещение в прессе. С подачи руководящей партии его главным героем представили Эмилио, которого уже знали по газетам. Братьев Димаи это, естественно, оскорбило, и они выступили с заявлением, что на определенном участке перехватили лидерство на маршруте, потому что были более сильными, хотя это и не соответствовало правде. Однако их претензии не были услышаны. Эмилио, в свою очередь, тоже просил представителя партии повлиять на прессу, чтобы те не преуменьшали заслуг соучастников по восхождению. Просьба Эмилио была проигнорирована, а он сам впал в опалу за такой поступок. Его не пригласили присоединиться к единственной самой крупной итальянской альпинистской экспедиции 1930-х годов – андской экспедиции 1934 года.

С этого восхождения также началась просветительская деятельность Эмилио: итальянские альпинистские клубы хотели больше знать об этом восхождении. Всего в период с 1933 по 1939 годы Комичи провел около 100 публичных выступлений.

В 1937 году Эмилио загорелся идеей совершить соло восхождение на эту гору. Идея взойти одному на стену 6 категории сложности была инновационной для его времени: немногие альпинисты были уверены в своих силах, а при несчастном случае спасение было практически невозможным. В своей попытке он очень хотел походить на австрийца Пауля Пройсса – адепта свободного соло. К тому же Эмилио хотел до конца разрешить свой спор с братьями Димаи, с которыми он совершил первовосхождение на эту вершину. Стоит отметить, что после них было совершено еще около 30 восхождений на эту гору. Каждая последующая группа оставляла на ней все больше крюков, делая ее все более легкой и безопасной для прохождения.

В итоге Эмилио в одиночку совершил восхождение за 3 часа 15 минут (по другим источникам 3 часа 45 минут) и стал первым и единственным альпинистом, которому принадлежало первооткрытие горы и первое соло на нее. Его соло оставалось непревзойденным в течение последующих 24 лет.

В 1934 году Эмилио в должности инструктора пригласили в Горную военную школу в замке Жокто, базу Девятого Альпийского полка.
Горная военная школа в замке Жокто
 В 1934 году в замке Жокто было открыто Центральное военное альпинистское училище. Концепция училища состояла в том, чтобы отбирать мужчин, пригодных для ведения боевых действий на большой высоте, и обучать их навыкам ведения войны и альпинизму. На базе этой школы размещался Девятый альпинистский полк. Эмилио Комичи пригласили в эту школу в качестве инструктора. Позже в сотрудничестве с Джузеппе Инауди и Тони Ортелли Эмилио разработал для школы проект искусственной стены для скалолазания, предназначенной для обучения современным навыкам лазания. Внешне она напоминала рельеф горы Монтазио – любимой горы Комичи в Валь Розандре. В стене были размещены зацепы, дымоходы, трещины и другие особенности рельефа, которые помогали отрабатывать маршруты различной сложности. Такой скалодром получил название «роккадромо» или «рокчодромо». Перед скалодромом добавили небольшой амфитеатр, чтобы зрители могли наблюдать за демонстрацией элементов.

В настоящее время в замке располагается командование Аостского альпийского военного училища и небольшой музей альпинизма. Для посторонних вход запрещен.

Также полк поддержал идею Эмилио снять первый документальный фильм о скалолазании. Во время съемок с ним произошел несчастный случай, в результате которого он сильно поранил ногу.

В 1935 году из-за боли в ноге Комичи практически полностью пропустил альпинистский сезон. Ему пришлось ее прооперировать. После чего он был призван на службу в полк.

В 1937 году Эмилио Комичи вместе со своей постоянной клиенткой отправился на 2 месяца в Египет, где совершил восхождения в пустыне, став, тем самым, пионером этого направления. Однако проблемы с ногой вынудили Эмилио сделать 1,5 месячный перерыв в сезоне далее. Самым ярким достижением этого сезона становится соло восхождение на северный склон Чима-Гранде, которое Эмилио совершил за 3 часа 15 минут (по другим источникам 3 часа 45 минут). Тем самым, он стал единственным альпинистом, которому принадлежало первооткрытие вершины и соло восхождение на нее.

Зимой 1938 года Эмилио работал в качестве горнолыжного инструктора. В Мизурине даже назвали лыжную школу его именем. Осенью его позвали на работу главным инструктором лыжной школы в Сельва-ди-Гардену в Южном Тироле.

В 1939 году Эмилио принимал участие в мероприятиях, организованных министром иностранных дел Италии Гвидо Буффарини-Гвиди по случаю приезда министра внутренних дел Испании Рамона Серрано Суньера. Буффарини был так впечатлен талантами Эмилио, что с его подачи Эмилио был назначен комиссаром префектуры Сельва-ди-Гардена. Это была скромная должность на неполный рабочий день, которая позволила Эмилио сохранить за собой работу директора лыжной школы. В качестве комиссара префектуры Эмилио должен был проводить политику итальянизации в этнической немецкой деревне. С назначением на пост Эмилио больше ушел в административную работу и потерял интерес к восхождениям.

В 1940 году Эмилио сделал самый продолжительный в его жизни перерыв в восхождениях – 2 месяца. Единственным значимым восхождением этого сезона стало первопрохождение на Саламе дель Сассолунго в массиве Сассолунго.
Личная жизнь
 С 1929 года Эмилио Комичи поддерживал дружеские отношения с Эмми Хартвич-Бриоши, бывшей возлюбленной австрийского альпиниста Пауля Пройсса. Недолгие романтические отношения связывали его с профессиональной скалолазкой, участницей GARs Брунеттой Бернардини (сокращенно Бруна). Их отношения прервала трагическая смерть Бруны, которая разбилась во время восхождения. Следующей избранницей Комичи стала триестинка Элис (Алиса) Марси, девушка из рабочего класса. Но впоследствии Элис бросила его, так как хотела стабильной жизни, а Эмилио не хотел оставлять свою работу гида.
Новшества Эмилио Комичи в скалолазании
 «В ходе своей карьеры Эмилио пришел к открытию эстетического идеала direttissima, который стал неотделим от его принципов. Традиционный поиск маршрута включал в себя передвижение взад и вперед по скале, чтобы обнаружить и соединить вместе трещины или наилучшую серию опор для рук. Поколения альпинистов гордились тем, что избегали опасных или чрезмерно трудных участков горы, чтобы «найти маршрут» или «решить проблему» для достижения заданной цели. Альпинист direttissima позволил гравитации определять линию от основания подъема и принимал траверсы только как необходимые компромиссы. Питоны, лазание с помощью ИТО и свободное лазание по высоким стандартам давали доступ к скалам, которые альпинисты до Великой войны считали невозможными. Однако новые инструменты как увеличили шансы на успех, так и потенциально уменьшили чувство приключения.

Эмилио считал, что идеальный маршрут следует падающей капле воды.

Также Эмилио радикально отошел от доктрины о том, чтобы никогда не взбираться наверх там, где ты не можешь спуститься вниз. Новая классификация маршрутов UIAA предполагала, что на одном и том же склоне могло находиться несколько маршрутов, а альпинисты соревновались между собой за более прямой и трудный маршрут. Однако Эмилио больше любил быть первопроходцем на вершинах и реже выступал в качестве первопроходца маршрута.

Эмилио хотел чего-то более универсального. Он связал три петли в стропе, чтобы сформировать перекладины и сделать миниатюрную версию проволочных лестниц, которые он использовал в пещерах. Эти стропы стали известны англоязычным альпинистам как etriers, французское слово, обозначающее стремена, но итальянские альпинисты называли их staffe, или лестницами, возвращаясь к их происхождению от спелеологического снаряжения. Эмилио всегда поднимался с двумя стафф, по одному на каждую ногу.

Он обнаружил, что две веревки предпочтительнее для вспомогательного лазания, потому что лидер может повиснуть на одной веревке, прикрепить свободную веревку к крюку выше и подтянуться наверх. Большинство альпинистов обвязывали веревку вокруг груди, но Эмилио обнаружил, что обвязка на талии дает ему больше рычагов и на несколько сантиметров больше досягаемости. Лазание по двум веревкам одновременно было техникой, используемой для повышения безопасности и позволяющей лидеру уменьшить сопротивление веревки.

Эмилио провел обширное, почти абсурдистское исследование внешних пределов использования питона. Преднамеренное использование крюков, которые поддерживали бы только вес тела, а не большую нагрузку падающего альпиниста, было неизвестно. Эмилио сам научился размещать крючки, которые выдерживали бы не больше веса его тела, в крошечных карманах и трещинах. Он перемежал цепочки из этих сомнительных крючков более прочными «базовыми» крючками, чтобы поймать его, если он вырвет более слабые. Для этого потребовался обширный арсенал питонов, карабинов и строп, и Эмилио взял на буксир тонкую леску, чтобы при необходимости вытащить из страховщика еще несколько питонов. Дополнительная веревка также позволяла ему поднять рюкзак второго альпиниста, чтобы облегчить вторую, чтобы подняться. На вспомогательных участках второй не использовал прусик и не изобретенные механические подъемники, а усиленно шел на питоне к питону, как к лидеру.

Эмилио также опроверг распространенное в свое время утверждение о том, что лидер не должен падать. Он практиковал лидерские падения, чтобы найти идеальную стойку для уменьшения удара».

Цитаты дословно взяты из книги.

Отношение к горам
 «Он называл горы богинями, которые требовали жертв. Хотя Эмилио признал, что это было прерогативой богини, долгом альпинистов было ответить благодарностью в виде успешного завершения восхождения. Для Эмилио не существовало такого понятия, как несчастный случай, и каждая горная трагедия или неудачная попытка требовали отчета».

«Гора, - писал Эмилио, - это «прекрасная богиня, которая иногда берет свою жертву, и мы не должны отчаиваться. Когда гора хочет свою жертву, когда нас покидает возлюбленный, когда дорогой брат исчезает из нашей альпийской семьи, слезы не текут из наших глаз, чтобы облегчить горечь: боль сжимает грудь. После первого мгновения мучительного оцепенения, которое сжимает горло и лишает нас речи, нами овладевает бунт, но против кого? На фоне горы? Нет, мы слишком почитаем это! Возможно, это против неблагоприятной судьбы. Но судьба? Завтра настанет наша очередь. Какое нам дело? Именно из-за неизбежности нашей смерти мы бросаем вызов судьбе. Нам не нужно бросать восхождение или падать духом. Мы хотим быть достойными нашего павшего партнера, и, подобно ему, безмятежно смотреть всему в лицо».

«Духовность – это то, что в первую очередь влечет нас к горам, и техника только совершенствуется благодаря этой высокой цели».

«Каждая башенка – это маленький Бог, а вершина – Юпитер».

«Я априори признаю, что одиночное лазание по труднодоступным стенам – самое опасное из возможных».
Просветительская деятельность Эмилио Комичи
 Выступления о своих восхождениях были не единственным направлением просветительской деятельности Эмилио Комичи. Благодаря ему в 1930-х годах появился первый короткометражный документальный фильм о скалолазании. За поддержкой своей идеи Эмилио обратился в Девятый Альпийский полк. Для съемок фильма выделили армейского оператора. Съемки проходили на горе Монтазио в Валь Розандре. Для них Эмилио также пригласил напарника.

Во время съемок произошел несчастный случай, в ходе которого Эмилио сильно поранил ногу и не смог продолжить демонстрацию. Съемки возобновились только через несколько недель, когда Эмилио смог совершать легкие восхождения. Из-за сильной боли в ноге он не продемонстрировал те навыки, которые хотел. Но своего рода первое учебное пособие ему все же удалось создать.

После соло восхождения на северный склон Чима-Гранде в 1937 году фотографы под руководством Эмилио создают несколько серий фотографий, на которых Эмилио демонстрирует основные приемы скалолазания.
Трагическая смерть
 Жизнь Эмилио Комичи трагически оборвалась 19 октября 1940 года. В этот день Эмилио присутствовал на званом обеде в доме деревенского врача Фиссоре. Помимо него на обед были приглашены его друг и хозяин арендуемой им квартиры Томазо Джорджи, альпинист из Триеста Джанни Мохор и местная девушка Лина. После обеда Эмилио, согласившись на уговоры компании, отправился на скальную стену. Доктор и Мохор начали лазить по стене, в то время как Эмилио развлекал их спутницу пением песен. Лина умоляла Комичи, чтобы он совершил с ней восхождение. После длительных уговоров Эмилио сдался и связал веревку из нескольких строп и обрезок веревок, которые смог найти в рюкзаке своего друга. Эмилио и Лина собирались уже спускаться вниз после восхождения, когда Мохор попросил Комичи подсказать ему направление движения по его маршруту. Эмилио уперся ногами в стену и свесился с веревки, чтобы дать подсказку товарищу. В этот момент веревка оборвалась и Комичи, пролетев 30 метров вниз, ударился о землю, сильно ударив голову о камень. Смерть наступила практически мгновенно.
Память о Комичи
 После смерти альпиниста в его честь были переименованы:
• Хижина Зигмонди
• Школа скалолазания в Валь Розандре
• Вершина Саламе дель Сассолунго. За восхождение на нее Итальянский альпинистский клуб посмертно наградил Комичи золотой медалью
В Триесте в его честь назвали улицу.

[video id=8DBC855910980A311D7F57F6C64DD459]

В 1942 году вышла книга сочинений Эмилио и его друзей «Героический альпинизм».
Северный склон Чима Гранде и Спиголо-Джалло стали популярными классическими маршрутами.

  • Фото взяты с официального сайта Национальной школы альпинизма имени Эмилио Комичи
    •

    Читайте на Mountain.RU:

    Эмилио Комичи. Уникальные архивные кадры с восхождения великого Мастера