Все-таки горы, они такие – захватывают тебя, и, даже, когда ты уже давно не восходитель и был у них в гостях последний раз аж в прошлом веке - горы напоминают о себе.

Оглянулся и сам себе позавидовал, ничего себе, покуролесил, не один, конечно, а с ребятами. Самый пик пришелся на 80-е. Тогда выезды за рубеж были редкостью и уделом избранных. Тогда были только Кавказ и Памир. Но и этого было достаточно, чтобы альпинизм в стране достиг своего расцвета. Так что мне, моему поколению и поколению до нас достались сливки.

Кавказ – Узункол, Приэльбрусье, Домбай, Безенги, Цей – каждый из этих районов имеет свои жемчужины.

Начну по порядку, не хронологически, а по мере воспоминаний. Необходимая ремарка – книжки альпиниста у меня под рукой нет. Потому только о том, что вспомню..

Узункол – замечательный уютный кусочек Кавказа. Очень хорош для разминок перед серьезными горами. Что у меня в Узунколе? Какая-то 2-ка, точно 4б, ну и Замок (по Кораблину, 5б). Впечатлений мало, даже от Замка. Зато был, и даже ходил по горам.

Приэльбрусье – в каком-то смысле Мекка для альпинистов (по крайней мере, так было раньше, сейчас Мекка – Гималаи, что обидно). Доступно. Альплагерей понатыкано, в каждом ущелье, да еще и не один. Вот здесь уже горы на любой вкус, от новичков до вполне сложившихся горовосходителей. И то, может, не все и не для всех. Здесь я походил нормально. Интересно, что вспомню? Ну, № 1 – это Гумачи. Было дело, за покорение этой вершины мне даже медаль дали, с горами и ледорубом, помните, была такая?

Улу-Кара еще была 5б. Хлебнули горя мы на ней. Побежали налегке. А что? Дури и понтов много, а в голове пустовато было. Вот и схватили «холодную» с дожде-снего-льдом, да еще при небольшом минусе. Самая противная погода, этот дожде-снег хлещет, капли шлепаются на скалы и моментально образуют на них ледяную корку. Ни обнять, ни спиной прижаться. Палатки нет. Холод собачий. Рассвета ждешь, как манну небесную, а вместо нее с неба вот такая ерунда. И все это под вершиной. В общем, поделом нам досталось.

Пик Щуровского еще довелось облазить. И 2-ка через ледопад, и по Хергиани зимой 5б.

До сих пор удивляюсь, как это я при -30 еще и голыми руками что-то делал с железом и цеплялся за скалы – и ничего. А еще летом на том же Щуровского сбегали по Абалакову 5б. В прямом смысле слова – сбегали. Ввосьмером за 3 часа 15 минут от старта последнего до его же финиша на вершине.

Интересная коллизия тогда случилась. Был Союз. На гору через «сурок» карабкались конкуренты – Бершов, Туркевич и еще один парень, фамилию не помню. У них конечно, посложнее, но их только трое, да и «звезды» они после Эвереста. А тут какие-то кренделя «шпарят» и, судя по всему, хотят забраться на вершину первыми.

Тут цирк и начался. Рация у нас (мне сдается и у ребят тоже) не умолкала до вершины. Минуты и метры считали. Ну «формула-1» в чистом виде. Опередили они нас минут на 15-20. Но и мы зубы показали.

Что еще? Еще Шхельда зимой, как-то спокойно забрались, хотя и зима.

Ну и, наконец, Ушба по «столбу». Это класс! Во всех смыслах. «Золото» на Союзе.

Лет 15 никто не повторял, мне кажется и не пытался. Теперь там тесно от маршрутов, во всяком случае штуки три в районе нашего. И все по «столбу». Но никто и никогда меня не переубедит, что именно мы были первыми, кто прошел «столб», и только наш маршрут имеет право называться «по столбу».

Все остальные парни делали варианты, добавляя лишний карниз, проходя местами на 10-20 м правее или левее безо всякой логики. По сути, ребята перепутали гору с камнем высотой 20-30 метров (всего один питч), на котором метр влево-вправо, и ты первопроходец.

Ушба заслужила отдельной главы в моей книжке. Да, представьте, угораздило меня небольшую книжечку написать и издать. Видно, тянут горы, хотя сейчас я никто и никак. А в воспоминаниях о-го-го!!! А кому же не хочется быть о-го-го!!!

Были еще попытки забраться на Кюкюртлю и на Чатын. Но не удачные, не смогли.

Ну, Эльбрус - это само собой. В 1973 после героического преодоления норматива на 3-й разряд мы втроем пристроились к какому-то массовому мероприятию, Пятигорскому.

Куча народа должна была забраться на Эльбрус и установить на вершине памятный знак. Вот к ним мы и присоседились. А мальчишки и девчонки только день из Пятигорска. Акклиматизации никакой, да и умения маловато, даже по сравнению с нами.

Вот и пришлось нам тащить этот столбик с флажком, хорошо, что титановый был, а не стальной, все легче. А на спуске «сцепились» с Онищенко, он тогда бегал по склонам Эльбруса и пытался ловить таких, как мы «левых» восходителей. Грозиться начал – мол, напишу в вашу федерацию! Да с вас 3-й разряд снимут и пр.

Вы не представляете, кто такой был Онищенко в 1973 году – суперзвезда советского альпинизма. Так оно и было. Выдающийся дядька. Но, как говорят, нашла коса на камень. Хулиганистые мы были, да еще и типичными советскими парнями – пофигистами. Ну и спор в нашу пользу разрешился, как я полагаю, поскольку у Леши Хлыновского вместо ледоруба был здоровый деревянный сук. Не сумел он из лагеря ледоруб умыкнуть, а мы с Сашей умыкнули (за деньги, конечно). Не подумайте, инструмент в дело не пошел, но Онищенко все понял, и мы продолжили спуск.

Тянь-Шань. На большом не был ни разу. А вот в Караколе довелось. Ну, там 2-ки, 3-ки, 4-ки есть сколько-то. А вот посерьезней – это Джигит 5б с ночевкой под вершиной в сугробах. Реально, просто легли, как чукчи в снег, так и спали. Пурга началась, с палаткой возиться не хотелось, главное было от ветра спрятаться. В общем, на Джигит забрался.

Памир! Памир, это сказка! Со всеми его Алаями. Азия, волшебное слово. Фрукты, помидоры и горы. Как говорили в одном фильме – страна контрастов. Летом на одной горе пекло, умираешь от жажды, а на другой, того и гляди, обморозишься или вообще в усмерть замерзнешь.

Так. Что у меня на Памире? Ванч, верховья ущелья. 5а на пик Хрустальный. Помню, кувыркались с Виталиком Антипиным прямо в связке. Недокувыркались. Ну и хорошо. На пик Тбилиси сходили. Высокая – 5933. Памятный для меня район. Первое в жизни первовосхождение на 5200, назвали Равак, 5б получилась.

Первая в жизни 6-ка на п.Ком.Академии. Незаслуженно забытая гора. Между прочим, ее фотка со стороны верховьев Ванча включена в книгу «Большие стены мира» одного моего знакомого, Райнхольд Месснер его зовут. Думаю, не за то, что стена, а за красоту. Очень красивая гора. С нее весь Памир виден, Гармо рядом, до Коммунизма рукой подать. Кстати, со стороны л.Федченко она, Ком.Академия, не пройдена никем. Классный маршрут по контрфорсу.

П.Ком.Академии со стороны л.Федченко

Фанские горы с их изумительными разноцветными озерами. Пониже Ванча, разумеется, но не хуже. 2-ки, 3-ки, 4-ки, Рудаки 5б. А из более известных, хотя не уверен, что они уж так известны сейчас, Чапдара через «лягушку» - местная классика, Мария по Житеневу – моя первая 5Б, Бодхона и по Житеневу и по Влодарчику через «варежку», это уже 6-ки.

У начала маршрута Житенева на Бодхону

Есть даже один смешной первопроход. Не помню, в каком году развлекались на Куликолонах перед Союзом. Там, когда поднимешься к озерам, справа есть большой забор, скальный, Уреч называется. Вот на него мы и забрались с Шурой Глушковым.

Как тогда модно было говорить – по диретиссиме, где-то веревок 15 (ах, извините питчей). Конечно, ничего не оформляли. Удовольствие заменило все. А удовольствий было два. Одно – сама стенка, а другое – уже забродивший яблочный сок в жестяных баночках, чуть меньше стакана. По две баночки мы с Шурой шлепнули еще на старте. Кстати, торкнуло, а это существенно облегчило выбор дороги – где пили, там и полезли.

Еще один замечательный район – Ягноб. Там удалось оттянуться по-полной. И сама главная стена по Самодеду-Капитанову и по Ефимову, и какая-то гора за перевалом (не рисуюсь, просто, не помню то ли 5б, то ли 6). За угол главной стены еще сходили. Здесь помню – 5б Попова. Ух, пекло было, чуть не померли от жажды, страшно вспомнить.

Ну а дальше – Памиро-Алай. В районе узловой вершины Матчи – Игла. Абсолютно новый район, до нас никого там не было из горовосходителей. Первовосхождение на Ахун (5244), еще парочка в боковых ущельях. На Ахуне весело было, шапка ледовая упала с вершины, считай, сдуло со стены (в книжке есть про это, почитайте), пришлось второй раз начинать. Залезли.

Совсем рядом с Ахуном высшая точка Матчи – п.Скалистый (5600), дали «золото» на Союзе. Тоже до нас никого не было. Замечательный район.

П. Скалистый

А какие стены на п. Утрен, рядом со Скалистым! Это не простое ущелье. Внизу в долине развалины кишлака, заросшие травой и кустами. Говорят, там в свое время была последняя база басмачей, которую «грохнули» аж в 1940 году. Вот такое место. Еще раз о Скалистом. Наверху под ним красотища. Слева ледник с голубым льдом на солнце, а справа в карманах на морене поляны с шелковой густой травой, зеленой-зеленой. И ручейки в глубоких берегах с кристальной чистоты водой. Что-то не туда я «рулить» начал, Бианки нашелся. Возвращаемся в суровый мир скал, снега, льда.и разгильдяйства (это я про себя).

Если прыгнуть в вертолет (при его наличии), то минут через 15 полета от п.Скалистый, попадаешь в район Ак-Су. Вот и я попал туда. Замечательный уголок Памиро-Алая, с великолепными сложнейшими стенами. Сама Ак-Су просто красавица. Там был Союз. Худо-бедно забрались на Искандер, дали «бронзу».

п. Искандер

Как-то само собой получилось после Искандера «зашвырнуло» на Юго-запад, с юга (у него еще и север есть, у этого юго-запада). Вооруженка там случилась. Пришлось участвовать. Размялись на Донилайтиса (кажется так называется) 5б. Сыпуха страшная, еле ноги унесли. Ну, а потом на Фридриха нашего Энгельса по Мальцеву. 6-ка. До сих пор обидно, что не успели с одной ночевкой забраться. Вторая была в получасе от вершины. Быстро получилось. Зато спускались не меньше 18 часов. Уже внизу в 3 ночи заглянули в палатку к ребятам из ТуркВо (Ташкент), пить хотелось. Так они подумали, что мы и не выходили (вы уж простите за легкое самолюбование, не стерпел). Помню, наградили рюкзаком, ну и медаль с грамотой дали.

П.Энгельса. Черный треугольник справа м-т Мальцева

Уже на следующий год оказался снова на Юго-западе, но уже с севера, под п.К.Маркса. И тоже на вооруженке. Приехали с Кавказа. Опоздали. Пришлось все быстро делать.

Со дня приезда до дня отъезда в 8 дней уложились. Сама гора 5 дней заняла. Северная стена по центру, да это мечта! Замечательное было приключение. И ночная «стоячая» ночевка на льду. Реально, практически стояли. Голый лед, небольшой кусок, метров 50, градусов столько же. Наверх не успели, а вниз спускаться неохота было, да и далековато. Простая лень и разгильдяйство. А потом, выше, тоже экзотика. Плиты градусов 60-70, а на них снежно-ледовые такие пришлепки 1,5 на 1,5 метра (мы назвали их «грибами», ну как чага на березе). Как они там держались на этих плитах, одному Марксу известно. Ничего, отдохнули на них.

Ниже этих самых «грибов», кажется после «телевизора» (это один из ключей дороги) нашли, похоже, старую ночевку – веревки, куча карабинов, кастрюли. Это была, мне кажется, одна из ночевок парней из «Буревестника», которые спускались после гибели Логачева. Ничего трогать не стали. Ушли дальше.

Но для меня самым «крутым» был, конечно, т.н. «серый» треугольник практически под вершиной. Через него-то и выходишь в кулуар, ведущий на вершину. Это какой-то цирк. Косой траверс метров 120-150 по жуткой развалюхе. Какие там крючья! Все руками вынимается. И крутизна-то градусов 50-60, а попробуй, прокрадись. Прокрался.

А там следующая проблема – последний крюк для страховки всей компании. Кое-как засунул. Хорошо подстраховал ледорубом уже в том самом кулуаре, забил аж до Америки. Как знал, последний, Димка Овсянников, выдернул-таки эти липовые крючки, и ушел вниз на веревке, хорошо не на всей, а на последних метрах 30. Короче и туда мы забрались.

В своих воспоминаниях плавно перемещаюсь на тот же юго-запад, но ближе (для вашего ориентира) к северу от п.Маяковского. В верховья ущелья Гарм-Чашма, заезд прямо от Пянджа с границы. Пару лет до нас там были украинцы. Точно! Угадали: Бершов и Туркевич.

Ущелье замыкают две замечательных горы – Шатер и Трезубец. На Трезубец они сходили, ну а на Шатер «намылились» мы. Два раза забрались, первый для разминки, первовосход 5б-6, а второй уже в рамках Союза. Чуть правее, но логично. Тоже 5б-6.

Замечательный был сезон. Сразу после Шатра – под Холодную стену. Классная деретиссима получилась ! Абсолютно лучший маршрут на Холодную стену. У нас свой «эверестчик» был – Володя Балыбердин. Но на Союзе дали «серебро». Неисповедимы пути судейские.

п.Шатер

п.Холодная стена

Восточный Памир. Музкол. Странно, но до нас туда никто, кроме туристов не забредал. А вот мы решились. Совершенно уникальный район. Нетронутые шеститысячники. Сарезское озеро, в котором весь мир отражается.

Музкол. Сарезское озеро

Уникальный скальный рельеф с огромными кварцевыми жилами. Все не очень длинно, но отвесно. Там забрался на Чатагай 6233 (кажется). Сначала первовосхождение по-простому, а потом уже и 5б.

Но главное – Бит-Кая (6074), первовосхождение. Километровый отвес. Без дураков отвес. Климат высокогорной пустыни. Чем не Патагония? Восемь дней забирались на нее. Одолели.

Оценили – дали «золото» на Союзе. Считай, еще один район открыли. Горжусь. После нас люди стали ездить. Свое «золото» добывать. И ведь добывали. Ну а мы, еще раз туда смотались, вместе с Толей Мошниковым забрались левее нашей первой дороги. Только «серебро» дали.

Чуть не забыл. На Коммунизма с юга довелось вскарабкаться по вариации на тему «Мысловского и Онищенко (тесен мир)». Получилось. 10 дней залезали. Счастлив, что это удалось! Не каждому доведется по Южной стене на п.Коммунизма забраться. Как-то так о спортивной части моих похождений в горах. Может быть и не все, но самое значительное и знаменательное точно есть.

Ну а когда спорт кончился, было еще много разного. Даже 5б одолел на п.Делоне в массиве Белухи. Ну еще с друзьями из Венесуэлы на п.Ленина, на Корженеву сходили. С ними же на Коммунизма с Москвина не дошли. Только до Душанбе. Не потому, что они не смогли, они классные парни. До сих пор дружим. Просто времени не хватило из-за небольших ночных спасработ на плато. Нашим ребятам помогали, у них на спуске казус случился, вот и время ушло.

Ну, в Шотландии довелось, как я говорю, покуролесить. На Бен-Невис зимой залез с британцами. Круто оказалось. Заманили меня они. Привезли и ткнули пальцем – здесь хотим. А сами-то не очень. Да я «не очень» уже был. Вот пришлось совершенно нежданно-негаданно «топтать» дорогу. Ну, в Шамони тоже походил чуть – чуть. Монблан (вершинка де Такю). А из приметного Эгю-дю-Миди по Ребюфа. Очень коротко, зато прямо в ресторан.

Вот рестораном и закончу. Остальное уже по равнинам – Гвианское нагорье в Венесуэле, к началу водопада Сальто-Анхель, Северный полюс, Камчатка, Командорские острова.

Эх, сам себе завидую.

Написал это все за пару часов. Что-то нахлынуло. Вроде для себя и про себя, а с другой стороны это про все мое поколение. Я ведь не лучший был из него, обыкновенный. Вот такое оно мое поколение.
Покуролесили.

Часть этих приключений с бОльшими подробностями, с фотками есть в упомянутой книжке. Читайте.
Она есть на любом из книжных сайтов. Самый простой путь – Ridero.ru введите имя автора «Виктор Жак».
А называется книжка «Без названия, горовосхождения как они есть». Всем удачи.

Читайте на Mountain.RU:

Оглянись, незнакомый прохожий…

Календарь 2019

Об игре камней, снега и льда

Ягноб
или история о том, как влияет программа «Время» на подсознание человека

1981
Чудовище и красавица
(попробуй повтори)

Рассказ о том, как Месснер ездил на Алтай.
Предисловие о том, как Месснер ездил на Северный Полюс

СКА 5. Первопроходы