Недавно я собирал материал о первом зимнем восхождении на К2, остававшейся последним восьмитысячником так и не пройденным в это время года.

Это была громкая история, покорившая сердца людей со всего мира, многие из которых даже не интересовались темой альпинизма до этого события.

Всё ещё ведутся споры на тему: использовал ли Нирмал Пуджа кислород, мог ли он физически провернуть такой манёвр без достаточной акклиматизации, насколько чистым можно считать подобный стиль, но, в общем и целом, это не имеет уже особого значения. Те десять непальцев вписали свои имена в историю альпинизма.

Но сегодня поговорим о грустном. Кроме объединённой непальской команды, ещё несколько претендовало на звание первых, если уж не в мире, то как представителей своей страны.

Среди них были Тамара Лунгер и Алекс Гаван, планировавшие активно сотрудничать с Сержи Минготе и компанией Seven Summit Treks Pvt. Ltd. (далее SST), чтобы, не являясь их прямыми клиентами, без проблем пользоваться их перилами и оборудованием в высотных лагерях.

Тамара и Алекс. Фото из личного архива Тамары

К сожалению, Сержи погиб во время спуска в базовый лагерь. Это был день того самого звёздного штурма, в котором он не участвовал, но приложил руку к работе на горе. Случайная ошибка, и он пролетел около 700 метров. Тамара с Алексом, находившиеся в передовом базовом лагере (ABC), быстро пришли на помощь, но Минготе вскоре скончался, так и не приходя в сознание.

Сержи. фото Stefano Jeantet/Millet

После этих трагических событий и объявления Нирмалом Пуджей о том, что это не только первое восхождение зимой, но и поднимался он без кислорода, Алекс Гаван объявляет о том, что возвращается домой. Напарником Тамары становится чилиец Хуан Пабло Мор, который тоже всё ещё лелеет мечту подняться на К2 зимой без дополнительного кислорода "чистым стилем".

Хуан Пабло

Так как в погодное окно 16 января 2021-го года влезли только непальцы, то остальным пришлось мариноваться в базовом лагере, время от времени делая акклиматизационные выходы на гору и ремонтируя (считай — перевешивая) перила, которые быстро изнашиваются от ветра и намерзающего на них льда.

Среди них была и команда британца Джона Снорри, объединившего свои силы с легендой пакистанского альпинизма Мухаммедом Али Садпарой и его сыном Саидом. В тройке они изначально запланировали подняться на К2 без использования дополнительного кислорода, но позже подсмотрели хитрый приём Нимса и решили, что Саид пойдёт с баллоном, а Джон с Али без.

Саид, Джон и Али. Фото из архива экспедиции

Пропустим дни предыдущих неудачных выходов и переместимся к развязке.

Прогноз погоды указал на погодное окно 4-6 февраля, и все те, кто собирался попасть на вершину, в том числе и клиенты SST, начали готовиться к восхождению.

Тамара Лунгер и Хуан Пабло стартовали одними из первых, выйдя на маршрут ещё второго числа, с расчётом на то, что будут подниматься поэтапно, ночуя в высотных лагерях для дополнительной акклиматизации и сохранения сил.

Команда Снорри-Садпара стартовала вслед за ними третьего числа.

Все вместе они соберутся уже четвёртого февраля в районе ~7300 (1300 метров до вершины).

Кроме этих двух групп, на маршруте большое количество шерп и их клиентов, потому в третьем лагере аншлаг, многие спустившиеся потом будут рассказывать, что это не позволило им отдохнуть и набраться сил.

На пятое число у всех запланирован штурм, но утром становится понятно, что сил ни у кого не осталось. Некоторые альпинисты делают попытку прорваться к вершине в районе 4-5 утра, но достигают высоты около 8200 метров, после чего разворачиваются.

Тамара Лунгер объявляет о том, что сворачивает экспедицию и начинает спуск, вслед за ней тянется вереница клиентов SST и сопровождающих их шерп. При перещёлкивании из одних перил в другие (позднее выяснится, что причиной гибели стал обрыв перильной верёвки. Примечание редактора), срывается и улетает почти на два километра известный болгарский альпинист Атанас Скатов. Его тело через несколько часов найдут пакистанские военные и эвакуируют в Скарду.

Атанас

У нескольких клиентов серьёзные обморожения, которые мешают быстрой эвакуации, но те, кто на ногах, достаточно оперативно спускаются в базовый лагерь и сообщают об усилении ветра выше третьего лагеря.

На маршруте остаётся только тройка Снорри-Садпара и присоединившийся к ним Хуан Пабло Мор. Они выходят на штурм тогда, когда все остальные уже сильно ниже.

Осложняющим дела фактором становится замёрзший, а в последствии полностью разрядившийся трекер Джона Снорри, остававшийся главным ориентиром для тех, кто координировал восхождение из базового лагеря.

Прямой связи с восходителями нет. Родственники и наземная группа не хотят отвлекать их от работы.

В ~10-11 утра по местному времени Саид Садпара сообщает на базу, что он вернулся в третий лагерь из-за проблем с редуктором на кислородной маске. Джон, Мухаммед Али и Хуан Пабло остались работать на маршруте, с целью дойти до вершины. По его словам, все в отличной форме и планируют быстро управиться. Они всё ещё укладываются в заложенные Снорри 15 часов на подъём к вершине и спуск в третий лагерь.

Младший Садпара покинул остальную команду в районе бутылочного горлышка 8200 (411 метров до вершины) — это один из самых сложных и опасных участков маршрута, но до этого непальцам удалось быстро проскочить его из-за удачно сложившихся обстоятельств, отсутствия льда и хорошей погоды.

Спустившись в третий лагерь, Саид готовит запас еды и расчищает место для штурмовой тройки, обещая передать на базу сигнал, когда они спустятся к нему.

За эту ночь он трижды будет покидать палатку в поисках огней — увы, но с его ракурса увидеть линию маршрута проблематично, и он не может адекватно оценить положение остальных участников восхождения.

В это время пакистанские СМИ начинают распространять фейковую новость о том, что отец и сын Садпара поднялись на вершину К2 и развернули там национальный флаг, подцепив её с левого аккаунта в твиттере и не проверив, связавшись с представителями команды в базовом лагере.

Уже утром (6.02.2021) становится понятно, что Саид больше не может ждать возвращения пропавшей группы в третьем лагере, да и в общей сложности прошло уже больше суток, как они вышли на штурм.

Он начинает долгий спуск в сторону базового лагеря, где в этот момент разворачивается штаб поисково-спасательной операции.

Пакистанские военные достаточно быстро соглашаются выслать вертолёты, чтобы попытаться забросить спасателей как можно ближе к последней точке, где могут быть пропавшие альпинисты (с учётом потолка в 7000 для используемых в спасах вертолётов, планируемая высота высадки ~6500 метров).

Преградой опять встаёт погода. Усилившийся до 35 миль в час ветер и опустившаяся облачность не дают пилотам совершить данный манёвр, к тому же спасатели плохо акклиматизированы и оставлять их одних в таких условиях было бы преступлением.

Вертолёты вынуждены вернуться в Скарду, а над базовым лагерем постепенно опускается ночь...

К данному моменту Саид Садпара спустился в передовой базовый лагерь, возможно, что он сможет прояснить ситуацию последних часов штурма.

Местонахождение Джона Снорри, Мухаммеда Али Садпары и Хуана Пабло Мора неизвестно. Прогнозы по поискам неутешительные.

Остаётся надеяться только на то, что слова Мухаммеда Али Садпары, сказанные им в 2019-м году, о том, что, если он застрянет на горе, то сможет вырыть себе пещеру и протянуть в ней 2-3 дня без еды и воды, окажутся достаточными, чтобы вытащить их всех из сложившейся ситуации.